Книга Между строк, страница 34 – Коллин Гувер

Он разворачивается и уходит домой. Меня охватывает чувство вины: у них с Колдером вообще нет родителей, а я жалуюсь на маму, которая как-то неправильно себя повела!.. Особенно мне совестно, что я так взъелась на мать, хотя вообще-то сама виновата: нельзя было тянуть с таким важным разговором. Уилл, как всегда, прав. Надо радоваться, что она у меня есть.

После обеда я слышу, как в маминой ванной включается душ, поэтому разогреваю ей приготовленную с вечера еду и завариваю чай. Поставив тарелку и чашку на ее место за стойкой, я сажусь рядом и жду. Наконец она выходит, видит накрытый стол и с улыбкой спрашивает:

— Ты пытаешься меня задобрить – или отравить?

— Попробуй и узнаешь.

С опаской покосившись на меня, она пробует еду, осторожно жует и, не свалившись замертво, продолжает есть.

— Извини, мам. Мне следовало сразу все рассказать. Просто я была не в себе.

Чтобы не видеть жалости в ее глазах, я отворачиваюсь и начинаю мыть посуду.

— Лейк, я знаю, как он тебе нравится, правда. Мне он тоже по душе. Но между вами ничего не может быть. Пообещай, что не наделаешь глупостей.

— Клянусь, мам. Он ясно дал понять, что не желает со мной общаться, поэтому повода для волнений у тебя нет.

— Надеюсь.

Мама возвращается к еде, а я – в гостиную, к любимому Джонни.

Несколько недель пролетают незаметно: количество домашки растет, пропасть между мной и Уиллом тоже. Со дня убийства снеговика мы ни разу не разговаривали и даже не смотрели друг на друга. Он сторонится меня, как чумы.

Не скажу, что за это время я успела полюбить Мичиган. Возможно, случившееся между мной и Уиллом осложняет процесс притирки. Днем хочется только одного: поскорее уснуть. Наверное, потому что во сне боль стихает.

Эдди предлагает мне все новых кандидатов на роль бойфренда, пытаясь как-то устроить мою личную жизнь, но я безжалостно их отвергаю. В результате доходит до того, что на уроках она меняется местами с Ником – вдруг что выгорит…

Не выгорит.

— Слышь, Лейкен, – с улыбкой обращается ко мне Ник, усаживаясь за соседнюю парту. – Хочешь анекдот?

Всю последнюю неделю я выслушивала минимум по три анекдота о Чаке Норрисе ежедневно. Ник ошибочно решил, что я, родом из Техаса, просто обязана фанатеть по Крутому Уокеру.

— Валяй.

Я давно перестала отпираться: это бессмысленно.

— Чак Норрис завел себе электронную почту на gmail. Адрес выглядит так: gmail@chucknorris.com.

Доходит до меня не сразу. Обычно я быстро понимаю, в чем юмор, но в последнее время медленно соображаю – и на то есть веские причины.

— Смешно, – без тени улыбки отзываюсь я.

— А вот еще: Чак Норрис досчитал до бесконечности. Дважды.

Хотя мне сейчас совсем не до смеха, я смеюсь. Простодушие Ника умиляет.

Когда Уилл заходит в кабинет, его взгляд моментально притягивает сидящий не на своем месте Ник. Пусть он до сих пор даже не смотрит в мою сторону, мне нравится думать, что в глубине души он все-таки ревнует. С недавних пор я стала нарочно уделять Нику больше внимания, когда рядом Уилл. Сама себя ненавижу за этот подлый порыв души, желание пробудить ревность. Конечно, надо завязывать, пока Ник, чего доброго, не принял мои намеки за чистую монету. Но я ничего не могу с собой поделать: на остальные стороны этой дурацкой ситуации я повлиять не в состоянии, а здесь хоть что-то контролирую.