Книга Не моя классная, страница 9 – Тата Кит

— Ну, он такой… Если бы у поллюции было лицо. Похоже, всегда готов к семяизвержению, а ещё в татуировках. Весь.

— Понятно, — усмехнулся офицер в дежурке. — Рамзин. Тринадцатый кабинет, второй этаж.

Я поднялась на нужный этаж. Перед дверью кабинета затянула пояс пальто потуже и покрепче сжала в кулаке ремешки сумочки на тот случай, если этот извращенец придумает встретить меня голым. Я вообще не удивлюсь. После такого я буду просто обязана огреть его сумочкой по голове.

Пару сотен раз.

Постучалась и сразу вошла в кабинет.

Настороженно осмотрелась и увидела того самого Рамзина мирно сидящим за столом и читающим какие-то бумаги.

Ещё и лицо такое умное состроил, будто думать умеет.

— Проходи, Ева Александровна, я не кусаюсь, — он нахально улыбнулся уголком губ.

— Знаю, — обронила я, подходя к стулу. — Обычно вы просто обсасываете пол лица.

Села на старый потёртый стул, который пошатнулся подо мной с характерным скрипом. Закинула ногу на ногу. Положила сумочку на колени, на неё сложила руки так, чтобы правую с обручальным и помолвочным кольцом было видно лучше всего.

Этот, так называемый, Рамзин, водил карандашом по бумаге, что-то увлеченно там вырисовывая.

Любопытство оказалось сильнее внешней стервозности. Чуть подалась к столу и посмотрела, что он там рисует.

Я могу ошибаться, так как рисунок выглядит отвратительно во всех возможных смыслах, но то, что там изображена я — инфа сотка.

— Что это? — всё же даю извращенцу шанс переубедить меня.

— Ваш портрет, Ева Александровна. Хотел объявлять вас в розыск. Рисовал по памяти.

На этом, с позволения сказать, портрете изображены два кружочка, являющимися, судя по всему, моей грудью. На левой из них птица, отдаленно напоминающая моё тату. Очень отдаленно. Ну, и глаза, конечно. Странно, что он о них вообще помнит. Ведь о том, где должны быть губы он точно не помнит, иначе неясно, почему они нарисованы между грудями.

— Шедевр! — объявил воодушевленно, разглядывая рисунок. — До оригинала, конечно, не дотягивает.

— Дайте, — вытянула руку. И снова намеренно так, чтобы в свете его настолько лампы блеснули кольца на безымянном пальце.

— Порвёте.

— Я не рву детские рисунки.

— Я нарисую заново.

— Не сомневаюсь, — пошевелила пальцами, чтобы его ускорить. Он отдал мне листок. — Карандаш. И ластик.

Пока я смотрела на его мазню, он молча положил передо мной всё, что я просила.

Придвинувшись ближе к столу, я расположила на него листок, намеренно сдвинув все папки и бумаги, что мне мешали.

Потерпит. Он вообще мне губы языком раздвинул. Так что, по сравнению с ним, я сама тактичность.

Начала исправлять его рисунок.

— Какие планы на вечер? — поинтересовался тем временем хамло.

Я повела бровью и чуть качнула головой, не отрываясь от рисунка.

— Отметить с мужем годовщину свадьбы.

— На тебе будет что-нибудь кроме резинки для волос?

— Я не ношу резинки.

— Ух! — выдохнул извращенец. — Так и возбуждаешь найти компромат на твоего мужа, чтобы засадить его на подольше.

— Чтобы вы имели возможность засадить мне? — спросила, посмотрев ему прямо в глаза. Несколько секунд не отрывали друг от друга взгляда. Рамзин едва заметно улыбнулся, а я, чтобы не ответить ему тем же, вернула внимание рисунку. — Вы, кстати, даже не представились.

— Генерал сексуальной полиции и майор местной.