Книга Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона!, страница 190 – Виолетта Вейл

— Но во флаконе лекарства мог находиться тот же яд?

— Флакон исчез. Поэтому напрямую проверить невозможно.

Маэр показала документы вечернего шкафа.

Обычный сорок первый состав безопасен.

Другие флаконы той же партии не содержат арканита.

Из государственного хранилища исчез концентрат.

Учет исправлен.

Потом вызвали Тирна.

Он подтвердил под клятвой:

по поручению Леонара запрашивал порядок доставки лекарства Кассиану.

— Лично канцлер сказал вам это сделать? — спросил председатель.

— Да.

Леонар впервые вмешался:

— Для внутренней проверки медицинских расходов.

Тирн повернулся к нему.

— Вы не говорили об расходах.

— Что я сказал?

— Что мне нужно выяснить, как именно вечерний состав попадает к Кассиану и кто может заменить флакон до доставки.

В зале стало тихо.

Леонар посмотрел на Тирна.

— Вы лжете, чтобы уменьшить собственную ответственность.

— Возможно, — сказал Тирн. — Поэтому я и не прошу верить только мне.

Неожиданный ответ.

Почти правильный.

Маэр показала запись о вызове Берна Каста в административное крыло.

Время совпадало с удобным окном для доступа к вечернему шкафу.

Это все еще не доказывало, кто именно подменил лекарство.

Но показывало, что информация о системе и возможность воздействия существовали.

Потом перешли к Лиаре.

Ивар рассказал о поддельных распоряжениях.

О зеркальной соли.

О своей лжи.

О шантаже через дело брата.

Он не пытался выглядеть жертвой.

— Я менял государственные записи, — сказал он. — Делал это сознательно. Причина не отменяет того, что я сделал.

Маэр спросила:

— Кто давал указания?

— Через Тирна.

— Вы когда-нибудь получали прямой приказ Леонара?

— Нет.

В зале зашептались.

Это было важно.

Мы не скрывали факт, который работал в пользу канцлера.

Потом Мартен Грил подтвердил четвертый ящик зеркальной соли.

Дополнительный пропуск.

Отдельную повозку.

Разговор с Лиарой за день до смерти.

Олден показал, что материал, использованный для ложного остаточного следа на кинжале и на ключе из тайного прохода, по составу близок к высокой степени очистки зеркальной соли и отличается от официального архивного образца Лиары.

Это снимало одну старую неопределенность.

Серая пыль в ее доме могла относиться к ее собственному архивному опыту.

Материал на оружии — к другому источнику.

Председатель Совета спросил:

— Теперь объясните сам кинжал.

Я встала.

— На оружии Кассиана был обнаружен активный остаточный след Лиары Морвен. Именно этот результат первоначально считался доказательством, что она использовала кинжал при ударе.

— И результат ложный?

— Мы доказали, что подобный след можно искусственно сформировать.

Олден передал Совету протоколы опытов.

— С использованием зеркальной соли и биологического материала человека, — продолжила я. — Мы получили след, который официальная процедура признала бы подлинным, хотя человек не касался предмета.

— Поэтому след Лиары ничего не значит?

— Значит. Он показывает, что на кинжале присутствует ее остаточная структура. Но больше не доказывает, как именно она туда попала.

— Откуда преступник мог взять ее кровь?

— У Лиары была свежая поверхностная царапина на руке.

Эван подтвердил.

— Она могла появиться случайно.

— Да, — сказала я. — Но если Лиара уже была без сознания после сонного корня, получить небольшое количество крови не представляло сложности.