Книга Криминалист-попаданка. Я не убивала вашего дракона!, страница 140 – Виолетта Вейл

Маэр посмотрела на меня.

Предупреждение.

Но я уже продолжила:

— На документах стоят ваши подписи. По ним государство перечислило средства. На архивных экземплярах фальшивая королевская печать. Решения Совета содержат другие суммы или условия.

— И вы сделали вывод, что я лично согласовал подделку.

— Я сделала вывод, что вы лично участвовали в движении этих распоряжений.

— Это не одно и то же.

— Я знаю.

— Судя по тому, как вы сформулировали первую фразу, не уверен.

Я почувствовала злость.

Не потому что он был неправ.

Потому что говорил слишком спокойно.

— Тогда объясните.

Леонар взял первый пакет.

— Какого года документ?

Я назвала.

Он перелистнул страницы.

— Я не помню конкретную поставку шестилетней давности.

— Но подпись признаете.

— Да.

— Значит, пакет видели.

— Какую версию пакета?

Я замолчала.

Он повернул бумаги к нам.

— Канцелярский документ проходит несколько стадий. Совет утверждает решение. Финансовое или отраслевое управление готовит проект распоряжения. Он приходит в мой кабинет для административного согласования. После этого текст возвращается на окончательное оформление и королевскую печать.

Маэр спросила:

— Вы хотите сказать, что подписываете пакет до окончательной версии?

— Не всегда. Но часто.

— Здесь?

— Не знаю.

Я спросила:

— Можно установить?

— Должны быть внутренние листы движения.

Марен уже нашел их в ящике.

На каждом пакете действительно стояли даты и часы передачи между отделами.

Я посмотрела на первый.

Резолюция Леонара — двенадцатое число.

Окончательная регистрация — тринадцатое.

Архивный документ с фальшивой печатью — тоже тринадцатое.

— Один день, — сказала я.

Леонар кивнул.

— За этот день текст мог измениться.

— Удобно.

Маэр резко сказала:

— Вера.

Я замолчала.

Леонар посмотрел на нее.

— Можно?

— Говорите.

Он указал на пакет.

— У каждого проекта должна быть рабочая копия на момент моего согласования. Обычно она остается в секретариате.

— Она среди переданных документов? — спросила Маэр.

Леонар просмотрел содержимое.

— Не вижу.

Я почувствовала мгновенную уверенность.

— Исчезла.

— Возможно, — сказал он.

— Очень удобно, — повторила я.

На этот раз Маэр не остановила сразу.

Леонар положил пакет.

— Госпожа Ланская, если вы уже решили, что я убийца и глава схемы, зачем задаете вопросы?

Это было болезненно точное попадание.

— Я не решила.

— Тогда не отвечайте за доказательства раньше, чем они это сделают.

Мне стало жарко.

Собственные слова.

В другой формулировке.

Маэр вмешалась:

— Господин канцлер, рабочие копии должны сохраняться?

— По старым правилам не всегда. Последние три года — обязательно.

— Значит, для самого нового из этих трех пакетов она должна быть.

Леонар посмотрел дату.

— Да.

Марен начал искать.

Нашел не в основном пакете.

В отдельном приложении внутреннего секретариата.

Я встала.

Рабочая копия была напечатана тем же форматом.

Номер тот же.

Предмет тот же.

Но сумма другая.

Меньше.

Та, которую действительно утверждал Совет.

На верхнем поле стоял небольшой штамп:

«Представлено канцлеру».

Дата совпадала с резолюцией Леонара.

Несколько секунд никто не говорил.

Я взяла окончательный документ.

Сумма была увеличена.

— Значит, текст изменили после его резолюции, — сказал один из членов комиссии.

Леонар ответил:

— По крайней мере в этом случае.