Онлайн книга «Ну какой же ты мерзавец!»
|
Она не отводит взгляда Смотрит мне прямо в глаза и чеканит каждое слово: — Когда я, бессовестная и бессердечная тварь, отвергла твои светлые, чистые чувства, Соколов. На несколько секунд моё мальчишеское сердце замирает, а мальчишеские лёгкие забывают как дышать Это песня ей помогла вспомнить мой глупый наивный провал в школьных амурных делах? — Тогда, отчитывайся, Горошкина, — хмыкаю я и прячу поглубже свой мальчишеский стыд, который отравил мне мои старшие классы. Глава 46. Ты это зря, Горошкина Много лет назад Последний раз провожу влажной тряпкой по доске, отхожу в сторону, дожидаюсь, когда влажные разводы высохнут. Доска идеально чистая. Шагаю к раковине В классе пахнет меловой пылью и цветами с подоконников: горькой геранью и фиалками, которые наша классная вечно заставляет поливать За последней партой сидит Соколов Взгляда с меня не спускает. Мы с ним сегодня дежурные Он уже все стулья аккуратно поднял на парты. Справился со своей частью работы быстро и без лишней возни Соколов ждёт, когда я закончу, но я ему сказала, что он может идти — Иди, Демьян, я сама тут закончу, — говорила я Но он не ушёл Теперь вот сидит на последней парте, закинув ногу на ногу, и смотрит. Наверное, хочет всё проконтролировать. Странный он Аккуратно раскладываю чистую тряпочку на бортике раковины. Под внимательным, цепким взглядом Соколова шагаю к окнам, где меня ждут цветы Их нужно полить и оборвать сухие листья Горшки тяжёлые, земля в них потрескалась от солнца. Я беру зеленую лейку с длинным носиком и начинаю осторожно подливать воду в горшки — Слушай, Горошкина, — говорит Соколов и поднимается на ноги С лёгкостью подхватывает этот последний стул и ставит сиденьем вниз на парту. Парта стучит, и я вздрагиваю от неожиданности Не оборачиваюсь, потому что поливаю герань. Не люблю отвлекаться — Ты как контрольную сегодня по матеше написала? — Соколов шагает в мою сторону Прячет руки в карманы брюк Взгляда напряжённого с моего лица не спускает Я чувствую его приближение. Он идёт медленно. Походка вальяжная, чуть раскачивающаяся. Брюки на нём чёрные, стрелки немного замялись замялись, а белая рубашка выбивается из-за пояса с одной стороны — Думаю, на четвёрку, — сдуваю локон со лба и подливаю воду уже в третий горшок — А я опять, наверное, на двойку, — Соколов сердито фыркает Я пожимаю плечами и вздыхаю — Так надо было готовиться Перехожу к следующему горшку Между мной и Соколовым остаётся всего каких-то жалких полметра Он останавливается. Чем-то звенит в карманах. Я слышу металлический перестук. Наверное, ключи — Так я двойку получил не потому, что не готовился, — он делает паузу Смотрит на меня исподлобья Я опускаю взгляд в горшок. Земля тёмная, влажная, в ней копошится маленький жучок — А потому, что на тебя смотрел, — хмыкает Соколов Я удивлённо отставляю пустую лейку и перевожу на Демьяна недоумённый взгляд — А зачем ты на меня смотрел? — спрашиваю Соколов теряется от моего прямого и простого вопроса На секунду в его взгляде мелькает тёмная тень растерянности и обиды. Он замирает и даже дышит тише Затем ухмыляется и говорит: — Догадайся — Списать, что ли, хотел? — фыркаю я Подхватываю пустую лейку и шагаю к раковине Оглядываюсь на напряжённого Соколова. Он стоит у окна, руки в карманах, плечи чуть приподняты. В позе читаю напряжение, как у зверя перед прыжком. Да что с ним? |