Книга Сердце бандита. Его пленница, страница 60 – Инна Матвеева

— Но так я буду на твоей территории, — поспешно возражаю, отворачиваясь в сторону выходящей из подъезда женщины, чтобы он не успел увидеть, как мои щёки наверняка предательски покраснели от его твёрдых заявлений насчёт любого расклада.

— На ней ведь было всё проще, не так ли? — возвращает мне мои же слова Семён, явно намеренный меня убедить.

И это всё-таки... приятно. То, насколько ему не всё равно.

И то, что он сразу понял, что я имела в виду, когда напомнила, что не собирался сдаваться. Да и, если честно сам факт, что вправду не собирается; тоже.

А ведь в момент наивысшего отчаяния и почти что паники, в голове не было ни одного другого имени. Только его. Я сразу позвонила именно Семёну. Возможно, тогда я думала, что это логично или даже чем-то руководствовалась — но по факту, я действительно могу положиться только на него.

— Подумаю, — чуть тише обещаю.

Семён смотрит куда-то вдаль, кивая.

— Будь моя воля, оставил бы его подыхать, — вдруг говорит так жёстко, что я вздрагиваю. — И наплевать, даже если бы сел потом.

Качаю головой. Хорошо, что у Семёна хватило благоразумия всё же оградить себя от последствий и вызвать скорую. Которая, судя по звукам трассы чуть поодаль, уже приближается.

— Собственно, я бы так и сделал, но запоздало дошло, что следаки потом бы и тебя заебали.

Меня вдруг пронзает острым порывом взять его за руку. За ту самую, с перебитыми окровавленными костяшками. Взять и сказать, что вообще-то будущее самого Семёна — самый весомый повод всё-таки вызвать больничку. Он не должен садиться в тюрьму. Уж точно не из-за этого ублюдка. Да и вообще...

Но я этого не делаю. Просто смотрю на его профиль — лёгкая щетина, татуировка на шее, нос с едва заметной горбинкой, нахмуренные брови, сосредоточенный взгляд вдаль. Семён даже моргает редко. Явно о чём-то тяжёлом думает.

Я вдруг понимаю, что случившееся со мной отразилось и на нём.

Ему настолько не всё равно.

— Хорошо, что ты вызвал, потому что я бы не хотела, чтобы ты сидел, — говорю почти мягко. — Но даже от факта избиения у тебя не будет проблем?

— Он зассыт обратиться к ментам, тем более, самого есть за что закрыть. И я об этом знаю. Причём сделать это можно, даже не вплетая тебя, на основе его прошлого.

Опа... Неожиданно. Хотя и неудивительно теперь.

Но мы, получается, всё-таки приближаемся к теме знакомства Вани и Семёна? Причём мне и подводить к ней не пришлось.

— Расскажешь?

Семён наконец снова смотрит на меня и кивает.

— Сначала отправим этого ущербного в больничку, а потом я весь твой, спрашивай о чём хочешь.

Охренеть как сложно было смотреть, как уёбка уносят полечить. Хотелось разъебать носилки и ему рожу заодно, потому что осмелился пошевелиться и выдать, что не труп. А его я теперь хотел видеть исключительно сдохшим.

Меня сдержал исключительно мягкий голос Светы, засевший в башке. Её слова, что она не хотела бы, чтобы я сидел. Не самое романтичное признание, но, блять, ощущается как оно. Как нечто охуенно важное.

Мамаша Светы там вопила что-то на фоне, дочь её увела и, видимо, полностью разъяснила ситуацию. Я как бы и не собирался, хотя эта женщина лишь когда меня увидела начала обвинять во всём. Вой тот ещё подняла. По её мнению я, видимо, просто как псих ввалился к Свете ни с того ни с сего и начал пиздить несчастного Ванечку.