Книга Колье примадонны, страница 38 – Наталья Николаевна Александрова

Мужчина с бородкой немного посторонился и сказал:

— Ладно, проведи с ним воспитательную работу! Он мне самому не нравится. Может, твои методы помогут освежить его память. Может, тебе он скажет, где она.

Борюсик понял, что сейчас его будут бить.

Поскольку закрыть дверь никак не удавалось, он выскочил из тапок и бросился прочь от этой двери, в глубину квартиры. И даже успел пробежать несколько метров – до совмещенного санузла.

Он юркнул внутрь и торопливо закрыл за собой дверь.

Примат тут же подбежал к этой двери и принялся колотить в нее кулаками.

— Занято! – выпалил Борюсик.

Однако примат как следует дернул дверь – и хлипкая задвижка отлетела вместе с единственным шурупом, на котором она держалась последний месяц.

Борюсик горько пожалел, что не привинтил эту задвижку. Ольга давно и упорно его пилила на эту тему, но он только отмахивался.

Примат ворвался в санузел, схватил Борюсика за шиворот и для начала макнул его головой в унитаз.

Ольга вернулась домой примерно через полчаса.

Она открыла дверь своими ключами и с удивлением оглядела разгром в прихожей.

Дверца встроенного шкафа болталась на одной петле, вся обувь была вывалена на пол, там же валялась зимняя куртка Борюсика с оторванной вешалкой.

Сердце кольнуло нехорошее предчувствие, Борюсик был патологически аккуратен, все всегда вешал на свои места, обувь расставлял строго по размеру, точнее, требовал этого от жены.

Что же случилось?

Ольга опасливо заглянула в гостиную, как они называли большую часть прихожей. Там стояли низкий диван и плазменная панель, на полу – детский ковер с рисунками из мультфильмов, чтобы Стасику не дуло от двери.

Хотя играл Стасик на этом ковре, только когда мужа не было дома, тот сердился, если ребенок пачкал диван и хватался за панель, хотя и то и другое досталось им вместе с квартирой, так что непонятно было, с чего Борюсика так разбирает. Хотя Ольга уже давно убедилась в его патологической жадности.

Сейчас ковер в гостиной был заляпан чем-то бурым, очень подозрительным, и диван отчего-то стоял не у стены, а посередине. Ольга забеспокоилась всерьез.

— Борюсик! – крикнула она в глубину квартиры. – Ты что здесь устроил?

Муж не отозвался, только из ванной слышалась какая-то возня и рядом валялась задвижка, вырванная из двери с мясом.

Ольга направилась в ванную комнату, включила свет…

И удивленно попятилась.

Борюсик сидел на полу возле унитаза.

На лице его красовались красно-синие разводы – кровь из многочисленных ссадин весьма живописно перемешалась со средством для мытья унитазов.

— Что это с тобой? – удивленно спросила Ольга.

— Не начинай! – огрызнулся Борюсик.

— Но все же… Что произошло?

— Это все из-за нее, из-за Людки!

Борюсик с ее помощью поднялся, поглядел на себя в зеркало и нехорошо выругался, хотя раньше никогда не слыхала от него Ольга таких слов. Он нудил и ворчал, приказывал скрипучим голосом, был вечно всем недоволен, но матом никогда не ругался.

Сейчас Ольга сунулась было к нему с чистым полотенцем, но он отшатнулся:

— Не трогай!

Он долго мыл лицо холодной водой, потом Ольга заклеивала ссадины пластырем и выяснила наконец, что случилось.

Пришли какие-то двое, один из них – форменный орангутанг, искали Людку.

— Кто такие, бандиты или…?

— А я знаю? – злобно огрызнулся Борюсик. – Требовали гражданку Карасик! А за каким бесом она им нужна, не сказали. А я, конечно, не спрашивал.