Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 12 – Ксения Чернова

— Поэтому и заметили ритм?

— Ритм не имеет отношения к стрельбе. Просто я умею смотреть.

— Ветрова раньше тоже умела.

— Я не Ветрова.

Савельев вздохнул.

— Мы уже проходили эту часть.

Капитан не стал спорить. Он подошёл ближе. Теперь Александра увидела, что глаза у него серые, усталые и очень внимательные. Мужчина рассматривал не только её лицо. Он замечал положение рук, то, как она стоит, куда смотрит при упоминании винтовки.

— Капитан Сергей Громов, — представился он. — Помощник начальника штаба полка по разведке. ПНШ-2. Взвод пешей разведки, наблюдатели и всё, что удаётся собрать о противнике, проходит через меня.

— Тогда вам особенно полезно знать, откуда смотрит немец.

— Я знаю, что он смотрит.

— Но не знаете откуда.

Громов не обиделся.

— Очевидные точки проверили. Колокольню, чердак школы в занятой деревне, высоту у оврага. Две группы отправляли искать ближе. Первая вернулась с одним убитым. Вторая попала под миномётный огонь и не дошла до сектора.

— Значит, он или меняет позицию, или очевидные точки использует только для отвлечения.

— К такому выводу мы пришли без вас.

— Тогда вам осталось понять, что он видит.

Громов взял со стола кусок школьного мела, который, видимо, принёс с собой. На стене между детскими рисунками он начертил прямую линию.

— Дорога.

Поставил две точки.

— Школа и развилка.

Отметил сарай, дом и лес.

— Где участок?

Александра указала место между пнями. Громов обвёл его.

— Если наблюдатель видит только его, — продолжил капитан, — он должен находиться в узком секторе. Но рельеф там сложный.

— Карта есть?

Савельев посмотрел на неё с едва заметной усмешкой.

— Ещё одну хотите?

Александра повернула к нему голову.

— Не обязательно секретную. Подойдёт любая, на которой есть лес, овраг и деревня. Я обещаю не передавать её немцам, пока вы смотрите.

Громов коротко хмыкнул. Савельев ничего не ответил, но вышел из помещения.

Через несколько минут он вернулся с планшетом. Карту не отдали Александре в руки. Громов разложил её на ящике, удерживая края ладонями.

Александра подошла ближе.

Карта была подробной, но непривычной. Условные обозначения она понимала, хотя часть линий и подписей приходилось читать дольше. Громов показал школу, дорогу и деревню, занятую немцами.

— Отсюда, — сказал он, указав на высоту, — видно почти весь участок.

— Значит, оттуда не смотрят. Иначе вы бы нашли наблюдателя после первой проверки.

— Или он успел уйти.

— Возможно. Но если он постоянно корректирует огонь, ему нужна позиция, на которую можно возвращаться. Где мельница?

Громов указал южнее деревни.

— Здесь. Разрушена ещё в октябре.

— Верхняя часть?

— Крыши нет. Стены частично стоят.

— Овраг?

— Идёт отсюда. Склон зарос лесом.

Александра провела пальцем над картой, не касаясь бумаги.

— Если наблюдатель сидит на высоте, он видит дорогу раньше. Если в деревне — позже, после дома. Но реакция начинается только на этом участке. Значит, сектор ему перекрывает что-то ближе. Скорее всего, склон или постройки.

Громов взял линейку и провёл несколько воображаемых направлений от дороги. Один сектор упёрся в мельницу, второй — в лесистый склон, третий — в край разрушенной деревни.

— Отсюда он может видеть участок между пнями, — произнёс капитан, обозначая пространство ногтем. — Но не видеть выход от школы.