Книга Позывной "Лисица": Ноябрь 1941-го, страница 101 – Ксения Чернова

Немец снова поднял перископ.

Тёмная трубка появилась уже в другой точке, правее вывороченной ели. Значит, скрытый ход соединял позиции быстрее, чем Александра предполагала. Келлер не собирался продолжать снайперскую дуэль с человеком, лишившимся оружия. Теперь его задачей оставалось прикрыть Дроздова и добить командира группы.

— Он меняет сектор к Громову, — сказала она.

— Откуда знаете? — спросил Савельев.

— Перископ смотрит на стену.

Надя подняла бинокль всего на секунду и сразу убрала.

— Подтверждаю. Трубка правее куста. Направлена к лесопилке.

— Можем разбить? — спросил Савельев.

— Из автомата на таком расстоянии только выдадим людей. Снайперской винтовки больше нет.

— У Колесова обычные.

— Он не попадёт по верхушке перископа, лёжа за брёвнами.

Новая артиллерийская серия началась без предупреждения. Первый разрыв лёг возле опушки, где они находились раньше. Второй накрыл дорогу. Третий ударил левее лесопилки, почти рядом с группой Колесова. Сержант и бойцы прижались к брёвнам.

Келлер продолжал ограничивать их движение. Пока перископ видел поле, немец мог выбирать, какой пристрелянный участок накрыть следующей серией. Связь с артиллерией или миномётами была простой: условный сигнал, ракета, провод или посыльный. Возможность не безграничная, но достаточная, чтобы выиграть для агента несколько минут.

— Нужно ослепить наблюдение, — сказал Савельев.

— Чем?

Он показал гранату.

— Бросить не докинем.

— Дым можно пустить по ветру, — предложила Надя. — Как раньше.

Александра посмотрела на движение воздуха. Ветер шёл вдоль поля к оврагу, но стал слабее. Дым от гранаты расползётся медленно и закроет только часть подхода. Келлер знает направление и будет ждать края облака.

— Одной мало, — сказала она. — Нужны три в разных местах.

Савельев проверил подсумок.

— У меня одна.

Надя показала свою.

— Ещё одна.

Колесов мог иметь третью, но передать приказ голосом невозможно. Любой крик выдаст замысел и направление. Зеркальные сигналы в сером утреннем свете почти не работали.

Громов снова поднял руку. Он показывал два пальца, затем указывал на себя и лесопилку.

Два человека? Два патрона? Через две минуты?

— Он собирается двигаться, — сказала Надя.

— Нельзя, — ответила Александра.

Капитан уже принял решение. Дроздов находился внутри, Колесов прижат у штабелей, а Келлер менял позицию. Если ждать, агент уйдёт. Громов собирался использовать следующую серию разрывов или дым, чтобы преодолеть расстояние до здания.

— Он знает, что снайпер держит стену, — сказал Савельев.

— Знает. Но считает, что иначе потеряем Дроздова.

— Правильно считает.

Александра посмотрела на разбитую винтовку.

Современный опыт, точность, привычка к оптике — всё закончилось одним попаданием. Без прицела и с треснувшей ложей она снова стала женщиной с раненой рукой, лежащей в снегу под чужим огнём. Никакого особого преимущества, подаренного будущим. Только знание методов противника и напарница, которая научилась видеть детали.

— У Нади карабин, — сказала Александра.

Девушка сразу поняла.

— Дистанция слишком большая.

— Не нужно попасть в Келлера. Нужно заставить его не подняться.

— Стрелять по ячейкам?

— По местам выхода из скрытого хода. Если пуля ударит рядом, он задержится.

Надя посмотрела на винтовку.