Книга Святой Рейтинг, страница 67 – Александр Домовец

— Ага, – сказал хозяин, лязгая зубами. – Общаетесь, значит? Процесс пошёл? Дело хорошее. И чего кричал, спрашивается…

С этими словами он влился в группу упырей.

В этот миг Фёдор с невыразимой радостью почувствовал, что безымянный палец левой руки припекло. Пора, ох, пора талисману подбросить шпаргалку! Дело дрянь, счёт на секунды, без подсказки не выкрутиться… Шпаргалка, как обычно, располагалась на ободке перстня и состояла из двух слов: «Спасательный круг!»

Фёдор машинально оглянулся и чуть не выругался. Какой ещё спасательный круг? Не на пляже ведь, не на теплоходе. Чудит яшма, чудит. Нашла время, ёксель-моксель…

Но в голове что-то щёлкнуло, провернулось, и заработала глубинная память. В босоногом детстве он что-то такое слышал… нет, видел на родном отцовском канале телепостановку по мотивам древнего сочинения… Словом, какой-то парень влип в схожую ситуацию, и некоторое время спасался лишь тем, что очертил вокруг себя обычный круг, подкреплённый молитвой, и нечисть не могла переступить его границы. И если в конце концов парень погиб, то по собственной глупости: куда-то не туда посмотрел, за что и был растерзан.

Но как начертить? Ни краски, ни мела, ни простого карандаша… С мужеством обречённого Фёдор вцепился зубами в правый указательный палец. Брызнула красная струйка. Нечисть жадно зашевелили ноздрями. Фёдор собственной кровью молниеносно начертил круг чуть ли не под ногами у вурдалаков. Но поскольку боец был загнан в угол, на самом деле вышел сектор, упиравшийся с обеих сторон в стены. Ну и ладно. Главное, что упыри остановились и начали топтаться на месте, не в силах переступить кровавую черту. Фёдор наскоро прочёл молитву: «Рейтинг, Рейтинг, ты могуч…». Вот теперь можно перевести дух.

— Что за дела! – взвизгнула Валя, трясясь, как в лихорадке. Фёдор с болью смотрел на увядшие черты возлюбленной. – Я во что-то упёрлась!

— Я тоже, – сипло сказал Лефтенант. – А куда делся этот?.. Слышь, боец, ты где? Отзовись!..

Ага! Щас всё брошу и отзовусь!.. Значит, они его не видят. Ай да круг! Фёдор малость приободрился.

— Не уйдёт, – проскрежетал Варфоломей. – Поднимите мне веки.

Корней мелким бесом кинулся к вожаку и выполнил приказ. Некоторое время Варфоломей озирался по сторонам, грузно поворачиваясь всем телом. Фёдор упорно смотрел в стену. Играть с упырём в гляделки не было ни малейшего желания.

— Всё равно ни хрена не вижу, – признался Варфоломей.

Он с трудом поднялся в воздух и грузно запорхал по комнате. Если кто видел летающего бегемота, может представить. Искоса наблюдая за полётом, Фёдор с облегчением убедился, что граница сектора распространяется и на воздушное пространство. Даже взлетев под потолок, Варфоломей бился головой о невидимую стену.

— Что делать-то будем? – жалобно проскулил Мориурти, который, судя по голосу, проголодался больше всех.

Варфоломей слёту залепил ему оплеуху, опустился на пол и взмахом руки подозвал остальную нечисть. Сблизив синюшные морды, упыри начали шушукаться. Наверное, анализировали ситуацию и вырабатывали согласованное решение. Мориурти обиженно скулил и прислушивался издали.

Фёдор на всякий случай прочитал ещё одну молитву: «Рейтинг всегда живой, Рейтинг всегда со мной…». После этого боец уселся на пол по-турецки, подпёр кулаком голову и принялся мыслить.