Книга Святой Рейтинг, страница 63 – Александр Домовец

— Исчерпывающий ответ, – фыркнул император. – Практически расставили все точки над i…

— А чего вы от меня ждёте? – спокойно отпарировал великий инквизитор. – Информации прискорбно мало. Деревья-убийцы? Гуляющие по лесу монстры? Но нечто в этом роде можно было ожидать. Не забудьте, Август, я сам допрашивал души погибших… ну, словом, фантомашек из аномальной зоны. Они взапуски верещали о каком-то лесном ужасе.

Таинственный замок, куда направляется экспедиция? Да, это серьёзнее. С долей фантазии можно предположить, что именно там окопался неведомый создатель аномальной зоны. Кто он? Чего добивается? Насколько велико его могущество? Можно ли с ним бороться? Или, напротив, надо поладить? Спрашивать можно до утра. Нам остаётся ждать, что экспедиция ответит хотя бы на часть вопросов. Лефтенант получил жёсткие инструкции действовать предельно осторожно, шашкой не махать. Надеюсь, он будет им следовать. В этой связи я не исключаю, что когда и если удастся вступить в контакт с хозяином замка, экспедиция трансформируется в посольство…

Император слушал внимательно, кивал головой, и взгляд его становился всё жёстче и насмешливее.

— Это всё? – спросил он, когда кардинал умолк.

— Пока да.

— В таком случае, позвольте вас поздравить, Жерар. Самое главное в сообщении вы проморгали.

Кардинал искоса посмотрел на главу Корпорации.

— Проморгал? – недоверчиво переспросил он.

— Да! – взвизгнул император. – Проморгали! Упустили! Прошляпили! Не удостоили вниманием! А между тем Лефтенант сообщает о таком, что вам, как великому инквизитору, неплохо бы сделать харакири! Или, простите за жестокость, подать в отставку…

— Не понимаю, ваше превосходительство, – пробормотал кардинал.

— Не понимаете? Очень плохо…

Император сел в кресло и взял недопитый бокал.

— Главное, что есть в донесении, это мутаки. Лефтенант подробно описывает их быт, нравы, привычки… Что получается? Люди остались без телевидения. Впору повеситься, не так ли? Но ведь живут, сволочи! Пострадали немного, и живут себе дальше. Больше того – неплохо живут. Едят, пьют, рожают детей, работают, занимаются творчеством. Уму непостижимая мутация… – Император гневно ощерился. – А если об этом станет известно за пределами зоны? Люди поймут, что можно жить без каналов, без сериалов, без видеопанелей, без Корпорации, наконец! И где мы с вами тогда окажемся?

Наклонившись к побледневшему кардиналу, император ласково добавил:

— Вот и получается, ваше преосвященство, что с угрозой такого уровня мы ещё не сталкивались. Устои затрещат, ясно? По сравнению с этим монстры, замки, невидимые стены – так, мелочь…

Наступило молчание. Критикуемый пытался осмыслить критику.

— Этого нельзя допустить, – наконец пробормотал он.

— Да уж, – саркастически обронил император, засовывая руку за отворот темно-синего пиджака, – сделайте одолжение, не допустите.

Глава Корпорации великого инквизитора не любил.

Во-первых, у императора была правильная ориентация. Во-вторых, любить кардинала Ротшильда было не за что.

В принципе, это комплимент. Руководитель спецслужбы, которого любят, это нонсенс. Нельзя симпатизировать кирпичу, бьющему по голове. Его, в крайнем случае, можно уважать (в смысле, бояться), но даже платоническая любовь была бы противоестественна.