Онлайн книга «Полонез»
|
Что-то он ко мне зачастил. Заходит каждый день, интересуется ходом вербовки волонтёров. А вчера вдруг задаёт вопрос, мягко говоря, неожиданный: — Подготовка близится к финалу. Не думал ли пан возглавить один из отрядов вторжения? Предложи он мне взобраться на собор Парижской Богоматери со связанными руками, я удивился бы меньше. — Нет, не думал, — отвечаю со всей возможной откровенностью. — А почему бы и нет, собственно? — журчит Зых, развалившись на стуле. — Восстание вы прошли, значит, боевой опыт есть. Подберёте себе лучших людей и любой район для действий. Деньги, оружие, амуниция — всё у вас будет, как надо, я позабочусь… И можете не сомневаться, что ваше имя золотыми буквами впишут в историю освобождения Польши! Золотые буквы — это хорошо. Я бы сказал, заманчиво. И всё же вынужден отклонить лестное предложение, после чего немигающий взгляд Зыха становится ледяным. — Не хотелось бы усомниться в вашем патриотизме и смелости, — скрипит неприязненно. — А вы и не сомневайтесь, — успокаиваю его. — Моя смелость тут ни при чём, патриотизм тем более. Речь, скорее, о вашей репутации. Теперь удивляется Зых. — А при чём тут моя репутация? — спрашивает неприязненно. — Вот видите, вы даже не подумали о ней, — мягко укоряю собеседника. — А между тем всё очевидно. Уж простите, но многие в наших кругах знают, что я был неравнодушен к пани Беате. (Зых устрашающе хмурится.) И вдруг я с вашей подачи уезжаю воевать… сую голову в самое пекло… Что скажут люди? — Скажут, что вы бесстрашный патриот, — рубит Зых. — Это само собой, — соглашаюсь терпеливо. — Но только после моей героической гибели. А сначала скажут, что вы из ревности отправили соперника на смерть. Проще говоря, спровадили. Шекспировские страсти, коварство и любовь, подлость и благородство… — Выдержав паузу, добавляю значительно: — Мы-то с вами понимаем, что предложение вы сделали от души, без задней мысли. Но людям этого не растолкуешь и злые языки не укоротишь. Один Кремповецкий чего стоит… А политический вождь не должен давать повод для наветов и сплетен! При слове «вождь» плечи Зыха невольно расправляются, бледные щёки окрашивает лёгкий румянец. При всём уме он тщеславен, как истинный плебей, и сейчас я щедро пролил бальзам ему на сердце. — Пожалуй, вы правы, — говорит он самокритично после короткого размышления. — Об этой стороне вопроса я как-то не подумал. — А между тем она лежит на поверхности, — подхватываю я. Расстаёмся взаимно довольные. Он с моей помощью примерил звание вождя, а я выкрутился из довольно щекотливой ситуации. Подозреваю, что Зых хочет избавиться от меня любым способом, и предложение возглавить один из повстанческих отрядов — пробный шар. Ведь если отвлечься от наших трудных взаимоотношений, мысль вполне здравая. Кому и вести пылких поляков в священный бой за свободу, как не истинному патриоту, проверенному мужественным участием в Восстании и самоотверженной работой в Комитете… Но вернёмся к Агнешке. Вообще-то есть один способ (довольно простой, кстати) проверить, сама ли она ко мне пришла или же по заданию человека-совы. Если она, как было сказано, обнаружила мой адрес в бумагах Зыха, то, значит, у неё действительно есть сделанные украдкой ключи, о которых упоминала. А если Зых, отправляя ко мне девушку, просто назвал адрес, то Агнешке предъявить нечего. Даже в целях лютой конспирации Зых не позволит сделать дубликаты ключей от своих бумажных закромов… |