Книга Черная книга, страница 27 – Александр Домовец

— Какое же?

Я наклонился к Бутылкину.

— А вы представьте, — сказал, заговорщицки понижая голос, — что в госпитале у преступника есть сообщник. Ну, скажем, из врачей. Вот он-то убийце и помог. Подсказал что и где, а тому уже осталось только прийти и ударить ножом бедного Кускова. Может такое быть?

Краем глаза я посмотрел на Ульянова и Петренко. Судя по лицам, они насторожились.

— Всё может быть, — неопределённо сказал Бутылкин. — Только вряд ли это.

— Отчего же? Врачи поголовно святые?

— Ну, святые не святые, а только все мы клятву Гиппократа давали. И рук злодейством не замараем.

Бутылкин в порыве благородного негодования даже привстал. Поднялся и я.

— Справедливости ради, злодейством занимался убийца, — уточнил я. — Врач лишь помогал. Хотя, надо признать, без его помощи Кусков по-прежнему был бы жив.

— Всё равно, — упрямо сказал Бутылкин, — всё равно… — Сунув руки в карманы халата, вызывающе посмотрел мне в глаза и, видимо, что-то в них прочёл. Нервно вскрикнул, срываясь на фальцет: — Что вы так на меня смотрите? Что за намёки?

— Действительно, к чему намёки, — согласился я самым что ни на есть мирным тоном. И без перехода гаркнул так, что врач вздрогнул: — Хватит дурака валять, Бутылкин! Извольте немедленно рассказать о вашей связи с убийцей!

Бутылкин мгновенно побелел, словно я публично отхлестал его по щекам.

— Как вы смеете? — взвизгнул пронзительно. — Меня, уважаемого врача… С ума сошли, что ли? На каком основании? Я немедленно иду к начальнику госпиталя!.. За клевету ответите…

И, резко повернувшись, почти побежал к двери. Ульянов сделал движение, словно хотел остановить, однако этого не потребовалось. Выскочив за дверь, Бутылкин тут же и вернулся, пятясь, — в сопровождении урядника Васильева, наставившего в тощую грудь револьвер.

Кирилл Ульянов

Морохин во всём блеске своих логических умозаключений был прекрасен и убедителен. Усадив подавленного врача на прежнее место и энергично шагая по палате взад-вперёд, он излагал доказательства вины Бутылкина. Мы с Петренко и Васильевым следили, чтобы тот не дёргался, и с колоссальным интересом слушали сотоварища.

— Вы, Савелий Львович, сделали всё возможное, чтобы убийца смог беспрепятственно проникнуть в палату и убить Кускова. Тому есть ряд доказательств, о которых нам рассказали его соседи по палате.

Во-первых, это вы как начальник отделения распорядились, чтобы Кускова без видимой необходимости перевели со второго этажа, куда его положили, на первый этаж. Ваш скрытый умысел очевиден: достать человека в палате на первом этаже неизмеримо проще, чем на втором… А Кусков-то удивился и о своём удивлении рассказал соседям.

Далее, именно вы дали команду санитарам переставить койку Кускова к окну. Казалось бы, зачем? А затем, чтобы убийце надо было только перемахнуть через подоконник — и вот она, жертва. Другого внятного объяснения нет.

Но и это не всё. Соседи Кускова рассказали, что накануне вечером вы лично зашли в палату, поинтересовались самочувствием больных и между прочим распахнули окно настежь. Жарко, мол, пусть будет в палате свежий воздух. При этом распахнутую раму вы застопорили какой-то деревянной чуркой, достав её из кармана халата. Она и теперь там. — Морохин ткнул пальцем в сторону подоконника. — Вы всегда берёте на обход деревянные предметы? Или захватили специально, чтобы подстраховаться? Чтобы окно случайно не захлопнулось от сквозняка и тем самым не создало проблем убийце?