Онлайн книга «Тени над «русским Чикаго»»
|
— Ну, хорошо, – сказал Соколов, поблёскивая глазами из-под полуприкрытых век. – Немцы так немцы. Убедили. Но в чём мотив покушения? — Мотив тот же самый, что и в убийстве Данилова. Используя подсказки Майера, он выяснил, – ну, или пытался выяснить, – что-то опасное для немцев, для их планов. Видимо, я тоже залез куда-то не туда и дал повод для опасений. — Это куда же вы, батенька, залезли? – спросил Подшибякин с интересом. Я пожал плечами. — А чёрт его знает. Хотя… За последние два дня я побывал у старца Макария и посетил мадемуазель Капустину. Возможно, от этих людей тянутся какие-то опасные для немцев нити. И не забывайте, что я успел пообщаться с беднягой Майером. Он мало что рассказал – не успел. Но о том знаем только мы, а все прочие могут вообразить всё, что угодно. Вот вам и мотив. — А всё-таки странно, – высказался Алексей, задумчиво подперев подбородок ладонью. – Едва успели убить одного контрразведчика, как тут же следом пытаются убить второго. Ещё первый скандал не остыл, а тут прицепом и другой. Выходит, не боятся. Почему? В конце концов с контрразведкой шутки плохи. Пригонят сюда батальон следователей и вывернут город наизнанку, чтобы дознаться. Может такое быть? Алексей был прав. Я тоже об этом думал и даже нашёл объяснение – увы, нерадостное. — В принципе, может, – сказал я медленно. – Уверен, что немцы это понимают не хуже нас с вами и, конечно, боятся. Разведка вообще дело тихое, шума не любит. Просто ситуация у них такова, что вынуждены идти ва-банк. — Согласен, – перебил Подшибякин неожиданно. – Катастрофа не катастрофа, но какую-то акцию они готовят. Возможно, речь идёт о некой диверсии. Причём, по словам Майера, чем ближе война, тем ближе катастрофа. – Он пытливо оглядел нас. – А если война уже на пороге, и немецкая разведка, в отличие от нас, о том знает? Стало быть, и акцию надо проводить не сегодня-завтра, и механизм уже запущен. А тут некто Рязанцев мешается со своим расследованием, словно камень в шестерёнках. Тут уж одно из двух: либо шестерёнки сломаются вместе со всем механизмом, либо камень будет устранён. Даже если для этого придётся идти ва-банк. Подшибякин сказал то, о чём я и сам думал. Было тягостное ощущение, что ситуация обостряется, и мы стоим на пороге событий плохих и неприятных, а может быть, и трагических. Но каких? И как их предотвратить? Показалось вдруг, что бредём мы в густом тумане. Вокруг слышны отзвуки чьих-то голосов, мелькают призрачные тени и силуэты, выглядывают и пропадают едва заметные лица-маски, искажённые глумливыми гримасами. Вот же они, совсем рядом, только руку протяни! И тогда туман сгинет, тогда всё прояснится, тогда призраки обретут понятную плоть. Но – не узнать, не догнать, не схватить. И протянутая рука ловит белёсую пустоту… Нахмурившись, Подшибякин расправил густые усы. — Вижу, господа хорошие, что завязли мы в этом деле по самое некуда, – заявил он, постукивая пальцами по столешнице. – Дедукция, умозрительные построения – это всё хорошо, тут мы горазды. Но где конкретное дело? Если есть шпионская сеть, то как её вытащить на поверхность? Если вот-вот может грянуть некая акция, то как выяснить, что за акция? Как пресечь? Ни черта не разберёмся… — Я извиняюсь, Николай Трифонович, это вы нас с Виктором Петровичем и Германом Валерьяновичем вроде как упрекаете? – спросил Алексей кротко. |