Онлайн книга «Тайный ликвидатор»
|
Пантелей не сдавался: — А если он не терял память? — Это все меняет, – усмехнулся Некрасов. – Тогда он точно ответственное лицо в упомянутых Светланой ведомствах и может добыть за полчаса любую информацию. Уймись, Пантелей! Молодой опер надулся и как-то задумался. — А вот покопаться в лагерном прошлом Полякова было бы любопытно, – задумчиво проговорил Некрасов. – Тут может кое-что всплыть. Хотя и необязательно. Нужно ехать в командировку на зону, где сидел Дмитрий. Но Броницкий решительно против. У него свои резоны, и отчасти я с ним согласен. Но тема все равно интересная… — Можем отправить запрос, – неуверенно предложила Светлана, – или позвонить. — Можем, – допустил Некрасов. – Если требуется отписка или дежурная отговорка. Что мы выясним по дорогой междугородней связи? Запрос будет туда идти неделю и столько же обратно. Нужно разговаривать с людьми – начальством, надзирателями, другими зэками. — Половина из которых уже разъехалась и сейчас терроризирует мирное население, – усмехнулся Сиротин. Андрей неодобрительно покосился в его сторону: Сиротин с ходу отвергал любые идеи – фактически саботировал расследование. — То есть наша проблема только в том, что мы не можем уговорить Броницкого? – задумалась Светлана. На Пантелея напал какой-то нервный зуд. Версии, одна другой краше, просто отскакивали от зубов. Он поймал Некрасова в коридоре, отвел в сторону и зашептал: — Андрей Николаевич, вы обращали внимание на поведение Ветлужного? Савелий Петрович ведет себя очень подозрительно. Он практически не участвует в расследовании, не выдает толковых идей. Но он всегда в курсе, что мы делаем, у него прекрасный слух и отличная память. Сидит себе, бумажки перекладывает… Все, что он сделал, – это подкинул ложную версию с Самсоном, из-за которой мы потеряли уйму времени. Думаете, он это сделал непреднамеренно? Я считаю, что он просто тянул время, сбивал нас с верного пути. — Слушай, Пантелей, – скрипнул зубами Некрасов. – Я, конечно, всячески приветствую твою тягу к работе… — Да вы сами подумайте, товарищ капитан, – горячился Пантелей. – Убийца – это человек, который в курсе нашего расследования. А Савелий Петрович… да он просто находится во всем этом! Вчера захожу в отдел – он сидит один и разглядывает карту, на которой мы делаем наши рабочие пометки. Ну, смотрел бы – и ладно. Но как-то вздрогнул, занервничал, стал сразу что-то перекладывать на столе… Я проследил за ним, когда он с работы шел. За угол завернул – и в телефонную будку. А предварительно по сторонам посмотрел, не следит ли кто. Несколько минут разговаривал. Эх, жаль, что по губам читать не умею… И ведь заставил задуматься, паршивец! Кто такой Ветлужный? В принципе, бесполезный пенсионер, тянущий на себе воз бумажной работы. Отчего же тогда бесполезный? Очень даже полезный! Преступность – это плохо, а корпение над бумагами – еще хуже! Половину рабочего времени оперативник должен что-то писать, а пальцы, между прочим, не казенные, на них огромные мозоли распухают… Но в плане оперативной работы Ветлужный, конечно, ноль. Если бы не Броницкий, его бы в отделе не было, копался бы на грядках да с женой ругался. Пожалел старика, все-таки вместе столько лет прослужили… Память у Ветлужного хорошая, голова работает, а то, что плохо видит и слышит, – так это Савелий Петрович просто придуривается, чтобы поменьше припахивали… |