Книга Крутящий момент, страница 29 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

Вот только последние делятся на два типа: мажоры, красующиеся своими дорогими машинами, и люмпены, гоняющие на своих полумертвых помойках.

Первые вкладывали десятки тысяч долларов в свои машины ради острых ощущений. У них иногда конфисковывали настоящих гоночных монстров. Зачастую они ставили на кон крупные суммы и даже свои машины. Однако максимум, что им грозило за такие гонки — это денежный штраф и конфискация тачки, в самом худшем случае — несколько недель тюрьмы.

А угон — уголовное преступление, мажоры никогда не стали бы по-настоящему рисковать свободой ради своего хобби — им было бы проще выкупить этот «Плимут» вместе с хозяином.

Люмпены, в принципе, могли угнать тачку ради гонок, чтобы потом просто бросить ее. Но тут не сходился другой момент — у их гонок, как правило, не было нормального организатора, а значит и ставки были копеечные. Соответственно, никто не стал бы пичкать угнанную машину запчастями на несколько тысяч долларов, чтобы выиграть пару сотен за заезд.

В общем, куда ни кинь — нигде не сходится. Ладно, сейчас узнаем, кто наш угонщик. Может быть, это прольет свет на ситуацию.

За этими мыслями я доехал до офиса коронера. Он располагался в удивительно красивом для такого места здании. Два основных этажа плюс что-то наподобие башенки по центру крыши, красный кирпич, белые барельефы. Здание явно было старым и, скорее всего, предназначалось для чего-то более изысканного, чем вскрытие трупов. Я ничего не понимал в архитектурных стилях, но это, видимо, был какой-нибудь ампир. Или классицизм, черт его знает.

Я показал охраннику на воротах значок и заехал на территорию. Оставил машину, вошел в здание и сразу спустился в подвальный этаж. Там находились морг и смотровая комната, насколько мне было известно из памяти Соко.

В коридоре я наткнулся на мужчину лет сорока с заметно проглядывающей сединой в темных волосах и в белом халате.

— Доброе утро, — обратился я к нему и показал значок. — Детектив Майк Соко, семьдесят седьмой участок. По поводу тела после ночной аварии.

Мужчина посмотрел на меня несколько секунд, после чего протянул руку:

— Следователь коронера Джеймс Дуглас. Пойдемте, мы уже закончили осмотр.

Он развернулся, сделал несколько быстрых шагов по коридору и вошел в дверь слева. Я двинулся за ним, и мы оказались в вытянутом помещении с длинным столом вдоль левой стены и ярко горящими лампами дневного света под потолком. В центре комнаты было свободное место. Соко знал, что именно сюда обычно привозят каталку с телом, если детективу нужно на него посмотреть.

Я поежился. Трупов я никогда не боялся, но атмосфера здесь была действительно угнетающая. Да и сам по себе случай не из приятных.

— Буквально пятнадцать минут назад закончили — он указал на стол, на котором лежало несколько прозрачных пакетов для улик. — Вот личные вещи.

Я подошел, взял из стоящей рядом коробки одноразовые перчатки, надел. Стал перебирать пакеты: связка ключей, потертый бумажник с несколькими баксами внутри, небольшой швейцарский нож. Последний пакет был самым тонким — в нем была карточка. Водительские права.

Я поднял ее, прочитал, что написано. От увиденного прикрыл глаза, глубоко вдохнул, выдохнул. Матео Флорес, 21 год. Совсем еще пацан. На душе стало погано. На самом деле мне уже под полтинник, но я до сих пор до конца не привык к смертям молодых на работе. О смертях детей и думать не хочется. Даже если я с происшествием никак не связан, все равно каждый раз паршиво.