Книга Полиция нравов, страница 24 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Долго возишься, — проговорил Сэм.

— Разговор был. Сопроводи его, а мы с Ником проверим остальные комнаты.

Они двинулись на выход, а я подошел к следующей двери, постучал. Никто не открыл. Я сразу достал ключ, отпер дверь — пусто.

— Чего там случилось? — спросил у меня Касселс.

— Придурок в меня целился, — ответил я. — Из револьвера.

— И ты его не застрелил? — хмыкнул Ник. — Ты точно злобный русский или просто прикидываешься?

— Я воспользовался секретной техникой вербального разоружения от КГБ, — ответил я. — Нас такой учили в старые времена.

Он на секунду завис, после чего посмотрел на меня с сомнением, и спросил:

— Чего?

— Я просто поговорил с ним. Он передумал стрелять. Револьвер у меня в кармане, сейчас спустимся вниз и упакуем его в пакет.

— Это надо оформить отдельно, — сказал Ник, даже не усмехнувшись моей шутке. — Угроза офицеру — это серьезно. Я не завидую этому мужику, если честно.

— Это уж точно, — вздохнул я вполне искренне. — Это точно.

Жаль мужика, но тут ничего не поделаешь.

Мы проверили оставшиеся номера, в них оказалось пусто. Спустились вниз.

В холле было шумно и людно. Вдоль стены стояли несколько женщин в халатах — голыми их в участок никто везти не стал бы. Рядом отдельной группой мужчины. Выглядели они, кстати говоря, относительно бодро, хотя не все — у пары взгляд был такой, будто их мир рухнул. Я никакого сочувствия к ним не испытывал — никогда не понимал, зачем вообще ходить к жрицам любви, и сам никогда к ним не ходил.

Ну и Стив, который тяжело дышал.

Я подошел к одному из патрульных и попросил пакет для улик — их тут было в избытке, потому что собирать будут все. Опустил туда револьвер, написал на этикетке время и свое имя. Потом убрал оружие в карман — с этим разберусь в участке.

Дальше началась рутинная работа, которую в фильмах обычно не показывают. Патрульные собирали данные на всех задержанных по очереди — имя, адрес, ну и данные из документов. Женщины в большинстве своем называли все сразу и без возражений. Мужчины мялись, но им все равно приходилось — выбора не было.

Домингес работал с журналом со стойки — переписывал записи. Пикфорд помогал патрульным, Ник стоял у входа. Вид у него был важный, будто он контролирует ситуацию и обеспечивает охрану, но на самом деле было понятно, что он просто отлынивает от работы.

Я же присоединился, подключился к тому из патрульных, что оформлял женщин.

Минут через сорок приехал автозак, сразу же за ним — второй. Женщин погрузили в первый, мужчин отдельно в другой. Стива к ним же, в отдельную патрульную машину его сажать не стали. Перед тем как забраться в него, он повернулся и посмотрел в мою сторону. Я только пожал плечами. Да он, в общем-то, и сам понимает, что я ничего сделать не могу.

Двор опустел. Домингес подошел к нам и сказал:

— Нам тут еще обыск предстоит, а сейчас езжайте. Завтра с утра распишитесь под протоколами.

Ну и хорошо, что так, даже за сверхурочные мне не улыбалось торчать тут всю ночь, особенно с учетом того, что завтра снова на работу. Распрощавшись с детективами, мы поехали в участок — один из патрульных подбросил нас.

— Ну, и что думаешь? — спросил у меня Ник, когда мы поехали.

— А что тут думать? — хмыкнул я. — Это интереснее, чем искать угнанные машины. И пристрелить, как я понял, тоже могут.