Книга Служить и защищать, страница 76 – Наиль Выборнов, Семен Гражданцев

— Спасибо, что проводили.

— Не за что, — ответил я. — Сегодня этого парня не было. Как часто он появляется?

— Обычно почти каждый день, — она пожала плечами. — Может быть, занят был.

— Завтра вы работаете?

— Я пять дней в неделю до девяти работаю, — ответила она.

— Хорошо, — кивнул я. — Я подойду к концу вашей смены.

Она благодарно кивнула, вошла во двор и скрылась за дверью дома. Я немного постоял на улице, после чего отправился обратно к дайнеру, где припарковал свой «Шеветт». Что ж, этого придурка я не поймал, но день в любом случае прошел не зря.

Сегодня выходить на службу было значительно спокойнее, чем вчера. Уже было точно понятно, что вспышка беспорядков миновала, так что я не опасался, что придется целый день носиться от вызова к вызову, как ошпаренному. И первые два часа полностью подтвердили мое предположение — я не спеша обошел весь район, честно заглянув во все подворотни и темные уголки, выписал пяток штрафов, да, в общем-то, и все.

В такой работе была даже своя романтика, особенно в это время года, когда дожди еще не начались, а жара уже спала. Гуляешь целый день на свежем воздухе, особо не нервничаешь, ответственности куда меньше, чем при работе детективом. Если бы у меня над головой не висел дамоклов меч в виде проблем с Гольдбергом, я бы, скорее всего, и спал куда спокойнее, чем раньше.

С другой стороны, я все еще рассматривал это как своего рода отпуск. Потому что долго мне здесь работать не придется в любом случае — я либо смогу найти достаточно убедительные улики против Гольдберга и доказать всем, что стал жертвой подставы… Ну, либо меня в конечном итоге все же вышвырнут из полиции. Надежд на то, что, если меня признают виновным, то просто погрозят пальчиком и понизят зарплату, я не питал. Даже патрульным работать не оставят, это точно. Тем более если Левандовски этому поспособствует.

За этими мыслями прошел еще один круг по району, а когда я пошел на третий, то мой взгляд зацепился за интересную деталь. Возле знакомого мне магазина «Bob's Liquor» на Флоренс стоял красный автомобиль. И, к счастью, на этот раз им был не «Кадиллак Эльдорадо». Я чуть улыбнулся, признав в приземистом седане «Порше» Ника.

В машине никого не было, так что я хотел было подойти и беспардонно усесться на капот, чтобы дождаться владельца. Но потом решил, что лучше так не делать — маловероятно, конечно, но вдруг мимо проедет кто-то из моих бывших коллег. А потом доложит Левандовски, что видел меня. И тогда получится, что Ник огребет проблем на ровном месте — он ведь, очевидно, даже не ко мне приехал.

Так что я встал чуть в стороне, оперевшись спиной на угол дома. А через десять минут из алкомаркета вышел Ник и направился к машине.

— Пьешь на работе еще до полудня? Одобряю, — громко сказал я ему в спину, подойдя ближе.

Ник вздрогнул всем телом и резко оглянулся, но, увидев меня, успокоился.

— Майк, тьфу на тебя, напугал. Да если бы пил. Лицензию проверял. Работа, мать ее. Падай на пассажирское, поболтаем.

Я принял предложение и уселся в «Порше». И сразу же заметил между сиденьями здоровенный пластиковый кирпич, похожий на мою рацию. Вот только рацией этот прибор не был.

— Нравится? — расплылся в довольной улыбке Ник, проследив за моим взглядом. Я взял кирпич в руки, осмотрел — массивный серый корпус, длинная черная антенна, большие механические клавиши с цифрами и привычными мне по прошлой жизнью звездочкой и решеткой. Ниже — еще один блок клавиш, отвечающих за какие-то дополнительные функции. А внизу, возле микрофона, надпись «Моторола».