Книга Искусство французского убийства, страница 120 – Колин Глисон

Я слышала, как приближался ко мне Марк. Он не ждал, когда Ребекка включит свет.

— Все в порядке, Табита, – произнес он тихим, спокойным голосом. – Никто не причинит тебе вреда. Обещаю.

Я мысленно усмехнулась. Он что, думает, я ему поверю? Ребекка говорила о тех, кого нужно прикончить. Я не сомневалась, что вхожу в эту категорию.

Вспыхнул еще один круг света, но далеко от того места, где я пряталась. Хорошо, что Ребекка включила лампы; она не понимала, что делает.

Но я не могла оставаться на месте, в надежде, что меня не заметят. Я должна была совершить решительный шаг. Нужно было бежать из театра – бежать тогда, когда еще была возможность… но если бы я убежала, я не узнала бы всего, что знала сейчас.

Я надеялась, что успею кому-нибудь об этом рассказать. И выяснить, что не так с майонезом Джули. Боже правый. Вокруг такое творится, а я думаю о маойнезе!

Что-то прошуршало по полу, и этот звук вернул меня в реальность. Я слышала дыхание Марка. Он приближался. Если я шевельнусь, он поймет, где я.

Я крепко стиснула фонарик и обдумывала варианты. Их было мало, но они были.

Марк приближался, и у меня оставалось все меньше времени.

Я напряглась, собралась с мыслями, с духом… и намеренно ударила по стене позади себя.

Это сработало, и Марк бросился в мою сторону. Стоять и ждать, пока он до меня доберется, было труднее всего, что я когда-либо делала. Но я выдержала, и когда он подобрался ближе, я нажала выключатель и направила луч фонарика прямо ему в лицо.

Свет ослепил его, и я воспользовалась моментом и ударила его фонариком по лицу.

Он взвыл и отшатнулся. Я побежала.

Я еще немного посветила фонариком, чтобы видеть путь впереди себя, потом снова выключила его и доверилась своей памяти и удаче, направляясь туда, куда мне было нужно.

За спиной слышались крики и топот ног. За кулисами замигало еще больше света, а Ребекка кричала, что меня надо выследить и убить меня, приказы, которые, я была уверена, Марк игнорировал.

У меня было смутное представление о том, где я нахожусь, но я знала, куда хочу попасть, и побежала. Марк следовал за мной по пятам, но мне удалось здорово оторваться, и он не знал, в какую сторону я держу путь.

Я каким-то чудом добежала до задней двери, не споткнувшись и ни во что не врезавшись. Свет от фонарика позволял мне нестись на максимальной скорости.

Я бросилась к двери, распахнула ее и вырвалась в переулок и угасающий дневной свет.

Но вместо того чтобы бежать дальше, я толкнула дверь, выронила фонарик и полезла в карман за швейцарским армейским ножом.

Мои движения на удивление были уверенными, когда я открыла штопор. Я услышала крик Марка по ту сторону двери и, не раздумывая, сунула штопор под дверь, создав импровизированный дверной стопор со спиралью и корпусом ножа.

Когда Марк врезался в дверь, я почувствовала, как она качнулась, но не открылась, зажатая моим ножом.

Я не сомневалась, что это задержит его там хотя бы на несколько минут, а у меня появится шанс оторваться. Даже если он побежит к другой части театра и выскочит через одну из тех дверей, у него на этой уйдет пара минут. К тому времени меня уже здесь не будет.

В этот момент я услышала шум автомобиля, ехавшего по узкому переулку. Мое сердце подскочило, я повернулась лицом к этой новой потенциальной угрозе… и с облегчением прислонилась к стене. Мои колени подкосились.