Книга Рецепты любви и убийства, страница 54 – Салли Эндрю

Джесси отпила глоток кофе и подмигнула мне.

— Кое-кто из этих людей, возможно, не захочет с нами разговаривать, – сказала я. – Придется их как-то убедить.

— Да, – согласилась Джесси. – Ваша идея насчет феткука была очень хороша. Я имею в виду, с рубленым карри.

— М-м-м, – протянула Хэтти, потому что даже англичане, которые на еду обращают мало внимания, знают, что феткук с рубленым мясом – штука очень аппетитная. – Ладно, вы двое, выясните, что сможете. Только аккуратно. И ничего не печатать без моего ведома. – Она посмотрела на Джесси. – И про другие редакционные дела не забывай.

— Я как раз заканчиваю пару материалов, – сообщила Джесси, возвращаясь к компьютеру. – Статьи про фестиваль одеял в Филипстауне и про автошоу почти готовы, а днем я собираюсь на школьный праздник в Ледисмите. – Она улыбнулась. – Жду не дождусь.

— Я отнесу это домой, – сказала я, собирая остальные письма. – Надо кое-что купить в супермаркете, потом заняться готовкой.

— Не заедете за мной сюда в пять, танни М.? – спросила Джесси. – И сразу поедем к женщине Лоуренса, Грейс. Мой скутер так и стоит у них на ферме.

— Конечно, – сказала я.

— А потом съездим к Дирку и Анне в больницу. Может, и для них феткук приготовите? И, может, еще пару кусочков… – сказала она.

— Договорились.

Я уже была у двери. Предстоит серьезная готовка. Начиная с гренок по-валлийски.

Проезжая мимо пансионата «Дварсрифив», я сбавила скорость. Как-то неловко, я ведь обещала этим детям торт. Может, найду рецепт торта без масла и яиц?

На улице стояли три белых внедорожника. Я остановилась и вышла взглянуть на их шины. Первой была большая «тойота», когда мы приехали сюда в прошлый раз. Джесси сказала, что это машина Дирка. Шины были «файрстоун». Сухие, а сверху, где кузов защищал их от дождя, даже запыленные. Я не специалист, но после дождей на этой машине явно не ездили.

Следующая – шины очень грязные, но не «файрстоун». Третья – кремовый внедорожник. Шины – «файрстоун». Чистые. И даже очень. Их недавно мыли? Я заглядывала под машину, и тут из пансионата вышел мужчина. Краснолицый, кустистая борода, брови – две мохнатые гусеницы. Они сплелись у него на лбу, когда он нахмурился.

— Привет! – сказал он. – Что вы там ищете?

— Гм, я кое-что уронила, – сказала я. – Доброе утро. Я танни Мария.

— Опаздываю, – сообщил он, забираясь в машину.

— Вы из адвентистов седьмого дня? – спросила я.

Он хлопнул дверью и с ревом умчался прочь, не успела я и глазом моргнуть.

В Ледисмите никто никуда не торопится. У людей всегда есть время на «доброе утро, как дела?». Обычно они готовы говорить дольше, здесь за разговорами, даже с новыми знакомыми, можно провести целый день. Видимо, это не местный.

Куда он так понесся? Близится конец света, а столько дел остались не сделанными?

Я вернулась к своей машине и задумалась: узнай я, что конец света не за горами, что бы я сделала? В Бога я не верю, в церковь тоже, все это не мое, так что вряд ли стала бы молиться или думать о вознесении. Наверное, приготовила бы что-нибудь вкусненькое. Но что именно? И кого я пригласила бы трапезничать вместе со мной?

Мои мысли вернулись к обеду с детективом Канемайером. Мясо было что надо. И торт на уровне. Но для последней трапезы я бы приготовила что-то другое.