Книга Тайна вещевого рынка, страница 11 – Марина Серова

Вот он – последний известный системе след. Он вел не в квартиру, не к родственникам. Он вел в бокс. Туда, где копятся обиды, пахнет машинным маслом и старым железом. Туда, где человек, выброшенный системой, хранит остатки своего мира. Идеально.

Я уже собиралась тронуться, чтобы направиться в промзону, когда телефон тихо завибрировал в руке. Не звонок – СМС. С незнакомого номера.

Сообщение было коротким, без знаков препинания: «Морозова нашли не тратьте время он не ваш человек».

Я перечитала. Текст был грубый, набранный впопыхах. «Не ваш человек». Интересная формулировка. Не «не виновен», а именно – «не ваш». Значит, кто-то знает, что я его ищу. И знает, что я не из полиции, не из администрации. Что я – «свой» для кого-то, и мне подсказывают, куда не стоит совать нос.

Кто? Испуганный Миловидов, пытающийся отвести подозрения? Сам Морозов, предупреждающий через кого-то? Или…

Адреналин, холодный и острый, сменил усталость от жары. Они нервничают. Значит, я двигаюсь не в пустоту. Значит, Морозов – не тупик, а развилка. Его либо используют как щит, либо он – часть чего-то большего.

Мне нужен был контекст. Факт из журнала и адрес – это скелет. Нужны были мышцы – мотивы, связи, старая грязь.

Я включила на телефоне защищенное приложение для обмена сообщениями, которое Саня когда-то настроил, бормоча что-то о «примитивном, но работающем шифровании для дилетантов». Написала ему короткий запрос, как в военном донесении:

«Морозов В. А. Экс-начальник охраны „Пассажа“. Уволен на прошлой неделе. Нужна предыстория: причины увольнения (реальные), конфликты, связи в администрации, характер. Стиль жизни. Приоритет – быстро, но осторожно. За мной, возможно, присматривают».

Отправила. И тут же задумалась: а сама-то я куда собралась? В «Маяк». К мужику, про которого знаю только то, что его подставили (или не подставили) и что какой-то доброжелатель велит держаться подальше. Гениально, Таня. Прямо классика жанра: приди, постучись и спроси: «Вы, случайно, не вандал?» Ладно. Посидим, подождем, пока Киря нароет что-то вменяемое. В конце концов, если принцип «сначала анализ, потом действие» однажды спас мне жизнь, глупо его нарушать ради лишней мозоли на пятке.

Я тронулась с места и медленно, не включая навигатор, поехала в сторону набережной. Мне нужно было место, чтобы подумать, где я могла бы спокойно дождаться информации. Сквер у Волги, неподалеку от речного вокзала, подошел бы. Там можно было припарковаться с видом на воду, оставаясь на виду и одновременно в относительном уединении. Десять минут спустя я уже сидела в машине на смотровой площадке, заглушив двигатель и стащив наконец туфли. Пальцы ног благодарно расправились. Господи, какое счастье. Надо было сразу разуться, еще когда от Миловидова выходила. Через опущенное стекло доносился глухой гул города и запах речной воды – сыроватый, тяжелый. Я просто смотрела на широкий, медленный разлив Волги, давая мыслям улечься.

Телефон тихо щелкнул – ответ в приложении. Саня был краток, как всегда, когда дело касалось фактов.

«Морозов В. А., 48 л. Отставной младший лейтенант, ВОХР. В „Пассаже“ – 5 лет, до этого – ЧОП „Щит“. Уволен „по соглашению сторон“. В соцсетях – ноль, типичный аналоговик. Женат, двое взрослых детей, хрущевка на Пролетарской. По наводке от старого контакта: увольняли не за халатность, а за принципиальность. Упирался по поводу „серых“ схем пропуска товаров на рынок, конфликтовал с Миловидовым. Миловидов его и выжил. Возможен мотив мести, но стиль не вяжется. Мужик, говорят, прямой, в драке – да, в подлости – нет. Продолжаю копать. С.».