Книга Молчаливая слушательница, страница 136 – Лин Йоварт

— О боже… Все-таки решили меня арестовать?

Он достал из машины конверт формата А4.

Джой подняла брови.

— Так вот как происходят аресты в реальной жизни? Ордер вручают в конверте?

Алекс едва заметно покачал головой.

— Сейчас покажу, – сказал он, проклиная чертово солнце, проклиная правду. – Дело в отпечатках пальцев. Я так и не уверился бы до конца, если б много лет назад мы не сняли его отпечатки.

При слове «отпечатки» Джой нахмурилась.

— А, вы обнаружили отпечатки отца на пузырьке с обезболивающими и решили согласиться, что он покончил с собой? Или нашли на пузырьке еще и мои отпечатки – и решили по-прежнему считать меня убийцей?

— Не окажись на пузырьке ваших отпечатков, это только усилило бы мои подозрения. Если б их было куда усиливать. Однако я о другом. Я о Марке.

— По-вашему, это Марк убил отца? Полный бред.

— Можете вы хоть раз выслушать?! Говорю вам, я решил найти Марка.

Шепард выставил перед собой конверт. Оливковая ветвь мира – в некотором роде.

— Что?..

— Меня посетила мысль – ненадолго! – о том, что он мог вернуться и убить вашего отца. Марк ведь имел не меньше причин, чем… чем вы. Помните, после исчезновения Венди Боскомб мы приезжали к вам на ферму и снимали отпечатки у всех членов семьи?

— Конечно, помню.

— Когда Вики рассказала мне о вашем пропавшем брате, я решил поискать о нем сведения. Однако нигде в Австралии его не обнаружил – а в нашем распоряжении куда больше источников информации, чем телефонные справочники. Марк, конечно, мог уехать в другую страну, но записей о пересечении им границы тоже не было. Тогда я связался со своими новыми друзьями из дактилоскопического бюро. И они нашли совпадение.

— Что? Вы надо мной издеваетесь, да? Это какая-то извращенная психологическая игра? – В резком голосе Джой звенело отчаяние.

Алекс покачал головой. До чего ж паршиво на душе… Хотя обвинение, между прочим, возмутительное. В психологические игры тут играет одна Джой.

— Где он? В Мельбурне? Вы с ним говорили?

— Джой…

— Я не сомневалась, что отыщу его. Он знает про смерть отца? Я должна рассказать Марку про то, что отец мертв и похоронен. Точнее, мертв и сожжен. Ну, или скоро будет сожжен.

Джой шагнула вперед, вытянув руки. Расстояние между ними сократилось, конверт перекочевал в ее ладонь. «Будто обмен шпионами на Глиникском мосту^[25]», – подумал Шепард. Хотя он-то как раз в обмен ничего не получил.

Надо сказать Джой до того, как она откроет конверт.

Шепард схватил ее за запястье.

— Погодите.

— Что вы делаете? – Джой выдернула руку, начала разрывать конверт.

— Джой, он умер.

Она фыркнула.

— Не говорите ерунды. Марк не умер. Он сбежал. Умер мой отец. И мама с Рут умерли, но Марк – нет.

Шепард торопился ответить, а слова сочились изо рта медленно, как густая грязь.

— Погиб в автомобильной аварии.

— Нет, не погиб. Сбежал. – Ее голос надломился.

Алекс уставился на гравий. Промолчал.

— Я вам не верю, – сказала Джой. – Это какая-то хитрость. Вы хотите меня перехитрить, чтобы я сказала какую-нибудь… и вы… – Она осеклась.

Он покачал головой.

Джой с трудом сглотнула. Прошептала:

— Когда?

— Очень давно – в тысяча девятьсот шестьдесят шестом. В Дарвине.

— Нет-нет-нет! Тогда Марка в Дарвине не было. Я была, а Марка не было. Я проверяла. Я там была… – Она говорила страстно, громко. – А Марк – нет.