Онлайн книга «Дом стыда»
|
Ей было жалко сжигать все это добро, особенно доставшийся от матери «Справочник домашних ядов Фоулера». Увы, необходимо исключить малейшую возможность ошибки. Положив у камина первый конверт с заголовком «Смерть и обман», Элеонора снова засомневалась. Нет – следы нельзя оставлять. Она начала по одной совать страницы в огонь, мешая угли кочергой и выжидая, когда каждая из них превратится в пепел, и только тогда бросала следующую. Через два часа остался конверт с конспектом самого последнего курса – «Миф об идеальном убийстве». Этот курс увлек ее больше всего и больше всего помог ей – не только во время недолго длившейся карьеры детектива, расследовавшей свое единственное дело об убийстве, но и в последующие четыре года. За эти годы ее усилиями были освобождены три женщины, незаконно осужденные за убийства. Одна из них созналась и взяла на себя вину, поэтому суд быстро осудил ее и вынес слишком суровый приговор, не принявший во внимание добровольное признание вины. На процессе второй женщины присяжные, прежде чем вынести вердикт о виновности, совещались целых сорок две минуты. Третью женщину отправили в психиатрическую больницу Арарата, где она провела три жутких года в камере строгого режима. Всего три, но и это начало. Разумеется, помощи ждали многие другие, что создавало постоянное давление, однако больше всего ей и ее коллегам не давали спать по ночам мысли о повторяющихся обстоятельствах. Почти во всех случаях несправедливого осуждения женщин за этим стоял мужчина-детектив, убежденный в их виновности и втихую либо демонстративно делавший все, чтобы обеспечить судебную расправу. Даже когда женщину выпускали на свободу, почти всегда выяснялось, что ее семья, брак, дружеские связи разрушены и не подлежат восстановлению. А впереди ждали финансовые, психологические и эмоциональные трудности. Все понимали: проблема отчасти вызвана тем, что из десяти тысяч полицейских всего 417 – или около четырех процентов – составляли женщины. Соотношение в уголовном розыске выглядело еще печальнее – около полутора процентов. Эта мысль не давала Элеоноре покоя. Вдруг Коттер был прав и она перекрыла дорогу другим женщинам? Ну и, конечно, все еще существовала дилемма Джейн Макэвой. Главврач психиатрической больницы объяснил, что, если врачи освидетельствуют Джейн как вменяемую, ее выпустят, но тогда ее немедленно арестуют и отправят в СИЗО, где будут держать до суда по обвинению в трех убийствах, в которых она созналась. Хотя Элеонора знала правду, она так и не смогла найти улики, явно изобличающие Ланкастера и способные устоять в суде. Последняя фраза доктора до сих пор причиняла ей душевную боль. Элеонора проследила, как языки пламени лижут слова «идеальное убийство», и удовлетворенно кивнула, когда страница превратилась в пепел. Джейн 1977 год Прошло четыре года. Я точно это знаю, потому что мне разрешили читать газеты. Я читаю их от корки до корки – что еще здесь делать? Завтрак, утренняя терапия, прогулка во дворе, обед, послеобеденная групповая терапия, вечерний чай, постель. В газетах пишут одни грустные или скучные вещи. Взять хотя бы текущий год. Грустное: умер Элвис Пресли; в результате землетрясения в стране с названием, которого я никогда не слышала, погибли 1500 человек; столкнулись два самолета – не помню уже где – и погибли почти 600 пассажиров; русские снесли царский дом (я вообразила цветную картинку: перевернутые кверху ногами башни-луковки, широкие лестницы и банкетные залы… все они превращаются в пыль). И это в одном сентябре. Я могла бы продолжить. Только зачем? В мире сегодня происходит такое, что я почти рада, что застряла здесь. |