Книга Дом стыда, страница 128 – Лин Йоварт

— Сядь на заднее сиденье. Пристегнись.

Как и в первый раз, я послушно выполняю указания Макса.

Странно, до сих пор я даже не вспоминала о мистере Батлере.

А что, если он не услышит крики мамы и кирпичная стена никогда не сдвинется с места?

* * *

Конец подъездной дорожки, поворот налево.

Я резко оборачиваюсь и смотрю на Хэрроуфорд-Холл с его издевательски хохочущими надо мной горгульями на крыше. На меня изо всех окон глядят мертвые дети. Все они упираются ладошками в оконное стекло, из глазок сочится тоска. Я зажмуриваюсь, ведь призраков не существует, потом снова открываю глаза и присматриваюсь повнимательнее. На окнах всего лишь грязные разводы – дурацкие картины рисует мой глупый, искореженный ум.

Я делаю глубокий вздох и мысленно говорю «прощай» мертвому ребенку мистера Уайтхолла.

В этот момент я решаю все-таки пойти к нему домой, только не с ребенком, а с завернутой в голубое одеяльце куклой. Вручу ему куклу и скажу: «Вот ваш ребенок, мистер Уайтхолл». Он, конечно, не поймет, что это не настоящий ребенок, его лицо побелеет от ужаса, миссис Уайтхолл издаст придушенный вопль, а Люси Уайтхолл стошнит на дорогущий лохматый ковер. И тогда я брошу в него куклой, заору, что ребенок умер и что он должен мне сотни фунтов за те муки, которые я выдержала.

Пока я раздумываю, хорош ли мой план, Макс неожиданно что-то произносит:

— Ты та самая сука, что обгадила мою машину?

Я поднимаю глаза и ахаю.

— Нет, – говорю я слишком поспешно, как в тот раз, когда сказала Люси, что мне нет дела, дома ли ее отец. Мое лицо наверняка, как и в тот раз, выдает меня с головой.

Макс смотрит на меня в зеркало заднего вида, рычит как собака и нажимает на кнопку, запирающую все дверцы.

— Знаешь, сколько мне пришлось потратить, чтобы вытравить вонь?

Я чуть-чуть оттягиваю ремень безопасности на груди – мне вдруг перестало хватать воздуха; становится ясно, что он меня тоже убьет. Я уже заперта в машине; осталось отвезти меня в то место, где он избавился от трупа Глории, и прямо там меня убить, а потом бросить в ту же шахту, завалив сверху мусором. Кто нас сможет найти?

— Я понятия не имею, о чем вы. – Именно так надо было ответить с самого начала.

— Еще как имеешь! Я прекрасно помню тебя и твою тупую мамашу, да еще сэндвич с яйцом, который ты оставила в салоне, который тоже начал вонять… Ты та еще сволота. Я даже твою гадкую сумочку помню, в которую ты сейчас вцепилась, словно она из золота.

Мои пальцы против воли сжимают сумочку крепче прежнего. Водитель оборачивается и как будто прокалывает ее взглядом.

— А-а, у тебя там деньги…

Я трясу головой. Но мои пальцы выдают меня. Не успев подумать как следует, я ору:

— Я знаю, что вы убили Глорию Брауни! Я видела, как вы выходили из сарая с ее телом и увезли его. Я все видела!

— Маленькая тупая сучка, – произносит Макс, не повышая голоса, медленно и угрожающе. Он резко тормозит, машину немного заносит на покрытую гравием обочину, я кричу, автомобиль останавливается, водитель отстегивает ремень и перегибается через спинку переднего сиденья, едва не касаясь меня лицом. Он хватает ремешок моей сумочки и тянет его на себя, рыча: – Ты ничего не видела, глупая корова!

Макс тянет сумочку с такой силой и рявкает так громко, что я не могу удержать ее. Вернувшись на свое сиденье, водитель открывает сумочку таким яростным рывком, что отламывается V-образное крепление застежки.