Книга Дом стыда, страница 105 – Лин Йоварт

Элеонора перестала жевать.

— Искомая убийца? Во время нашего первого разговора она отзывалась о своей начальнице не очень лестно, а теперь всячески старается убедить нас, что они были не разлей вода и часто вместе попивали чаек. Вот только Дениз больше не может ее опровергнуть. И, даже если миссис Монтагью действительно пригласила миссис Уоттл на чашку чая после убийства Стеллы, можете ли вы хотя бы на минуту поверить, что, договариваясь о встрече, они даже не заикнулись о смерти Стеллы?

Ожье отрицательно покачал головой.

— А это наводит меня на мысль о том, что обе что-то скрывали. Может быть, друг от друга тоже, но совершенно точно – от нас.

— Что-то, касающееся смерти Стеллы, детских могил или таблеток?

Элеонора взяла пирожное с земляникой.

— Кто знает… Нам очень нужно найти эту Мэрилин Поллард. Возможно, она сделала то, что вы предположили, – приехала в поисках доказательств происшедшего с ее ребенком и похитила его останки и свою учетную запись. Может быть, она связалась со Стеллой и как-то уговорила впустить ее в Хэрроуфорд, но потом отравила Стеллу и Монтагью, желая отомстить двум сотрудницам, которые заставляли ее принимать таблетки, убившие ребенка. Так что, если мы найдем…

Детектива прервал телефонный звонок. Ожье взял трубку, послушал и кивнул.

— Ага, спасибо. Так мы и думали.

Он подался вперед, схватил булочку с корицей и вонзил в нее зубы.

— Ну? Какой яд, Ожье? – спросила Элеонора, сделав нетерпеливый жест свободной рукой.

— Ой, извините, босс. Какая-то мята болотная.

— Болотная мята? Вы уверены? Это растение, и оно не ядовито.

— Должно быть, ядовито, босс, потому что, по данным криминалистов и лаборатории, именно это вещество вызвало смерть обеих женщин.

— Нет, не может быть! Раньше женщины принимали его, чтобы… – Элеонора перестала жевать и нахмурилась. – Чтобы вызвать аборт. Уж не пыталась ли Стелла вызвать у себя выкидыш и не рассчитала? В таком случае она умерла от несчастного случая.

— Почему тогда мы не нашли болотную мяту в родильном зале? Кроме того, миссис Монтагью не пыталась вызвать у себя аборт.

Мысли Элеоноры лихорадочно бегали. Ожье был прав насчет Монтагью. Кроме того, чтобы отравиться, требовалось проглотить очень много болотной мяты. Если только…

— Ожье, что они упомянули – растение или масло?

Ожье заглянул в блокнот.

— Э-э… Я просто записал «болотная мята». Разве есть какая-то разница? То есть она либо ядовитая, либо нет.

— Какая разница?! – взорвалась Элеонора. – С таким же успехом можно сказать: неважно, в какой форме была вода – льда, пара или жидкости, – и заявить, что человека насмерть заморозил пар от кипятка.

Ожье постучал карандашом по блокноту.

— Мне кажется, они сказали… – Запнувшись, он превратил утверждение в вопрос: – Растение?

— Вам кажется? Мне так и сообщить Коттеру или адвокату, если придется давать показания в суде?

Ожье кивнул на телефон.

— Хотите, чтобы я перезвонил и уточнил?

— Естественно! Точность, Ожье! В нашей работе важна точность. Не домыслы и не гадание на кофейной гуще.

Стажер уже набирал номер. Положив трубку, он посмотрел на Элеонору и произнес:

— Масло болотной мяты.

Детектив удрученно покачала головой.

— Я думала, что вы заносите в блокнот все подробности…

— Заношу. Но мне трудно держать трубку одной рукой, а другой писать, вот я и подумал…