Книга Дневник убитой женщины, страница 119 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Несмотря на астеническое телосложение, девушку нельзя было назвать неухоженной. Похитительница (или похититель) о ней заботилась. Худоба была природной, скажем так, врожденной, а не следствием хронического недоедания. Патологоанатом уверенно подтвердил это. Леонид Дмитриевич Варсонофьев, отложив в сторону диктофон, покосился на Крячко и с доброй усмешкой спросил:

— Вы, батенька, случаем, анатомию не изучали?

Станиславу Васильевичу сделалось не по себе. Батенькой его только врачи называли, отчего полковник почувствовал себя в роли пациента. Оказаться же в числе «пациентов» Варсонофьева, мягко говоря, неприятно.

— Верное наблюдение, — как ни в чем не бывало продолжал Леонид Дмитриевич. — Масса тела и развитие подкожных жировых отложений соответствуют комплекции и возрасту. Я понимаю, что девушка последние четырнадцать дней провела в отчем доме, ее отмыли и накормили, но поверьте мне, за полмесяца последствия десятилетних истязаний не исчезли бы. Какой вывод делаем? Вывод: убитая содержалась недурно, получала достаточно пищи, причем питание было регулярным и сбалансированным. Зубы расскажут нам больше…

Он открыл рот девушке и жестом пригласил Крячко удостовериться, что десны и зубная эмаль покойной в отличном состоянии.

— Витамины получала и зубы чистила, — констатировал полковник.

— Именно, — согласился Варсонофьев. — Ну, на самом деле тут видно гораздо больше, но в целом суть вы уловили. Похититель хорошо ухаживал за пленницей.

Новый жест. Полковник вслед за патологоанатомом прошел вдоль стола. Варсонофьев предложил осмотреть спину, руки и ноги. Никаких признаков гематом или заживших травм.

— Рентген покажет зажившие переломы, если таковые имели место, но пока что я не замечаю признаков физического насилия. Что вы видите?

— То же самое. Кроме того, вижу отсутствие следов связывания. Веревки и наручники, особенно если носить их несколько лет, оставляют на коже характерные повреждения.

— Прекрасно! А еще?

Крячко в задумчивости потоптался у стола.

— Чистая кожа… — сообразил вдруг полковник. — То есть не в том смысле, что девушку дома отмыли. Кожа здоровая сама по себе, за ней годами ухаживали. Нет следов грибка, раздражений, язв, мокнутий или еще чего-то такого.

Варсонофьев удовлетворенно кивал.

— Абсолютно верно! — порадовался он. — Где бы ни жила девочка, она довольно-таки часто принимала душ или ванну. Иначе мы увидели бы признаки кожных или паразитарных заболеваний. Если бы у бедняжки за годы плена, скажем, вши завелись, представляете, что бы мы сейчас наблюдали?

— По правде, не хочу представлять, — признался Крячко, поеживаясь. — Давайте закроем другой неприятный вопрос. Скажите, ее… с этой девушкой совершались действия сексуального характера?

— Нет, наверное. Наружное состояние гениталий и внутренней поверхности бедер говорит о том, что девушку не насиловали. Но помните, мы проводим первичный осмотр. Мне еще предстоит осмотр влагалища и взятие проб. А вообще, вам лучше поговорить с гинекологом, который наблюдал девушку.

— В смысле? — удивился Крячко.

— Разве мама не водила дочь к женскому врачу? — Патологоанатом выглядел не менее удивленным. — Если бы мою дочь — боже упаси! — похитили, то я бы показал ее специалисту сразу, как только она ко мне вернулась. Непременно. Как иначе? Чаще всего девочек и девушек похищают с целью сексуального насилия, поэтому половые органы Инны могли быть серьезно травмированы. Я уж не говорю о половой инфекции.