Книга Пятнадцать лет молчания, страница 47 – Сергей Иванович Зверев

Первым тревогу подал Дятлов: его голос прозвучал в наушниках сухо и буднично, как доклад о состоянии техники, но опытное ухо Калинова уловило в нем легкий, металлический отзвук напряжения.

— Майор, слева по борту, в двухстах метрах. Следы. Не наши. Колея шире, глубже. Идут параллельно.

Калинов жестом остановил машину. Группа замерла, превратившись в единый организм, состоящий из слуха, зрения и сжатых курков. Он вышел наружу, и ледяной воздух словно ударом тока пронзил его тело даже сквозь многослойную защиту костюма «Шторм». Подойдя к указанному месту, он присел на корточки; его движения были плавными и экономичными. Следы были грубыми, наглыми, чужими. Широкие колеи от низкопрофильных арктических шин, явно не от «Вепря». Отпечатки подошв — крупные, с агрессивным протектором незнакомого рисунка, вероятно, американские «Баффин» или канадские «Игуна». Они шли параллельно их курсу, но без всякой маскировки, будто их хозяева были уверены в своем полном превосходстве и безнаказанности, как колонизаторы на новой земле.

«Захаров никогда бы так не сделал, — промелькнула у Калинова острая, как осколок льда, мысль. — Он — призрак, тень, алгоритм. Его следы растворяются в пейзаже, как цифровой шум в эфире. Он режет лед, а не пашет его. А это… это грубая сила. Наглая, самоуверенная, чужая. Они даже не пытаются скрыть свое присутствие. Как варвары, ворвавшиеся в храм точных наук, топчут своими сапогами хрустальные формулы». Его пальцы в перчатке сжались, и он почувствовал, как внутри закипает холодная, рациональная ярость. Эти чужаки портили его расчет, вносили хаос в выверенную логику протокола, словно вирус в чистый код. Они были непредсказуемой переменной, и это невыносимо раздражало.

— Байкал, вперед. Скоростной выход на точку «Альфа-2». Немая разведка. Нужен идентификатор, полное ТТХ, — отдал он приказ. Его голос не выдавал ни единой эмоции, звуча как голос синтезатора.

Воронов, не проронив ни слова, как темный призрак отделился от группы и растворился в белой мгле. Его фигура в маскхалате «Полярник» сливалась с окружающим ландшафтом, делая его невидимым невооруженным глазом; даже его винтовка в арктическом камуфляже была обернута белой маскировочной тканью. Прошло двадцать три минуты напряженного ожидания, в течение которых Калинов мысленно проигрывал все возможные сценарии развития событий, оценивая риски. Наконец в наушниках Калинова раздался ровный, монотонный голос снайпера, лишенный каких-либо интонаций, будто он зачитывал техническое руководство.

— Вижу цель. Группа из восьми человек. Позиция: ледниковый разлом, координаты: восемьдесят четыре градуса пятнадцать минуть северной широты, сто двенадцать градусов сорок минут восточной долготы. Оснащение: нерусское. Арктические костюмы «Майямут» канадского производства с вшитыми элементами подогрева. Разгрузочные системы «Кри-Кет» тактического оливкового цвета. Оружие: семь штурмовых винтовок HK416A5 калибра пять пятьдесят шесть на сорок пять миллиметров с планками Пикатинни и установленными коллиматорами, один пулемет FN Minimi Mk3 с сошками. Снайперской пары не вижу. Связь: портативные УКВ-рации Motorola DTR650 с гарнитурами костной проводимости. Движутся курсом триста двадцать, скорость — пять километров в час. Идут прямо на сближение с расчетной позицией Прометея. Дистанция до нас — один километр двести метров. Опознавательных знаков нет. Поведение: расслабленное, не ожидают угрозы.