Книга За час до взрыва, страница 34 – Александр Тамоников

Он видел, как в глазах Крылова мелькает сомнение. Но старый моряк, уверенный в своей правоте, не сдавался.

— Даже если это так… Отключение ПАС – это риск. Я несу ответственность за весь сектор. Мне нужны гарантии, подтверждение из штаба флота…

— Гарантий не будет! – взрывной тишиной прозвучали слова Уварова. – Есть приказ Ставки. Точка. Вы либо подчиняетесь ему сейчас, либо я применяю свои полномочия. Директива дает мне право отстранить вас от должности и арестовать за сознательное препятствование выполнению операции особой важности. Выбирайте.

Крылов замер. Его взгляд устремился на документ, лежащий на столе. Он видел печать, подпись. Он понимал, что этот майор не блефует. Но адмиральская гордость, годы службы, уверенность в своей непогрешимости – все это встало стеной.

— Я… не могу принять такое решение единолично. Мне нужен военный совет…

— Военный совет соберется над вашим трибуналом, – безжалостно закончил мысль Уваров. – Последний раз. Отдайте приказ об отключении всех ПАС‐41 в секторе. Или я объявлю вас арестованным и отдам приказ сам, через ваш же узел связи.

Он сделал шаг к телефону на столе. Крылов резко встал.

— Вы не смеете!

— Кувалда! – крикнул Уваров, не оборачиваясь.

Дверь кабинета распахнулась. На пороге возникла массивная фигура Громова. В руках – ППШ, направленный не вверх, а вдоль коридора, контролируя пространство. Его лицо было каменным.

— Товарищ майор?

— Контр-адмирал Крылов арестован за саботаж операции. Взять под стражу.

— Есть, – Громов шагнул в кабинет.

Крылов, видя, что ситуация переходит в фазу силового захвата, побледнел. Но не от страха. От бессильной ярости.

— Это беззаконие! Я буду жаловаться! Доложу в Москву!

— Жалуйтесь, – холодно бросил Уваров. – Но сначала вы отдадите приказ. Кувалда, если адмирал попытается что-то сделать, кроме как подчиниться, – нейтрализовать.

Громов кивнул, его палец лег на спусковой крючок.

Крылов смотрел то на Уварова, то на Громова. Он был военным. Он понимал, когда сопротивление бессмысленно. Эта пара – не бандиты, не самозванцы. Это машина, запущенная самой высокой инстанцией. И против этой машины его авторитет, его звание, его уверенность ничего не значили.

Он тяжело опустился в кресло. Его плечи сгорбились. Внезапно он стал выглядеть не адмиралом, а усталым, побитым жизнью стариком.

— Ладно… Ладно, черт вас побери… – прошептал он. – Что вам нужно?

— Приказ по связи. Немедленное отключение всех станций активных гидроакустических помех ПАС‐41 в вашем секторе. И распоряжение о беспрекословном подчинении всех подразделений сектора мне, майору Уварову, как уполномоченному Ставки.

Крылов молча кивнул. Он потянулся к блокноту, вырвал лист, начал быстро писать. Его рука дрожала. Через минуту он протянул листок Уварову.

Тот пробежал по нему глазами. «Командирам постов… Немедленно отключить станции ПАС‐41… Подчиняться всем распоряжениям майора Уварова…» Подпись, звание.

— Теперь по рации, – сказал Уваров, указывая на аппарат на столе. – На общую частоту сектора. Лично.

Крылов, стиснув зубы, взял трубку, нажал кнопку.

— Внимание всем постам, внимание. Говорит контр-адмирал Крылов. Немедленно, я повторяю, немедленно отключить все станции ПАС‐41. Приказываю всем подразделениям сектора оказывать полное содействие и подчиняться распоряжениям майора Управления «Смерш» Уварова. Конец связи.