Книга Книга пяти колец. Том 8, страница 52 – Константин Зайцев

Каждый шаг показывал мне меня. Такого каким я мог бы стать если бы делал другие выборы.

Шаг и на меня смотрит мое лицо искривленное в жуткой усмешке, что нагоняло ужас на мой противников на Земле. Кожа блестит от пота, кулаки обмотаны окровавленными бинтами. Я вновь одержал победу и доказал, что я неоспоримый чемпион. Короткий ежик седых волос контрастировал с юными глазами горящими неудержимой яростью и желанием побеждать. Но глядя в эти глаза я чувствовал насколько его жизнь пуста.

Новый шаг и зеркало меняет картинку. Вместо бойца появился другой я. Тот которым я всегда боялся стать. Переломанный калека. Криво сросшееся плечо, левая нога волочится по земле. Он-я стоял, опираясь на трость, но в его-моих глазах всё ещё была бесконечная жажда жизни и боя. Я почти почувствовал его боль, но и его упорство, которое, казалось, никогда не угасало. Он все еще был готов сражаться, даже если это будет последний бой в его жалкой жизни.

Следующий образ сменил калеку резким всплеском. Теперь это был солдат легионерском доспехе Империи. На его грудь свисала золотая пайцза рубиновой канцелярии, а глаза смотрели твердо и уверенно, как у человека, привыкшего повелевать. Этот Ян был воплощением чести и силы, готовым умереть за Нефритовую империю.

Вспышка и тут же появляется новый образ — чиновник из канцелярии. Он сидел за столом, заваленным свитками, его пальцы быстро перебирали документы. Его лицо было бледным, а глаза смотрели с изнеможением. Он был полезным, нужным Империи, но лишенным искры, которая когда-то двигала мной.

Зеркальная поверхность начала рябить, словно вода под воздействием ветра. Образ сменился снова. Теперь я видел лицо иссеченное множеством шрамов. Рот чудовищно скривился от крика. Мое отражение поднимало в бой защитников Стены. Этот Ян был с злым обветренным лицом, с глазами, уставшими от вечных сражений. Тяжелые доспехи были изрублены, а верные мечи-крюки измазаны ихором и кровью, но он вновь и вновь отбрасывал тех кто хотел уничтожить его мир.

В следующий миг, я видел себя кровавым колдуном махо бросающим орды тварей на штурм Стены, которую я только что защищал. Голодные духи кружащие вокруг меня вопили от удовольствия, наслаждаясь резней. Каждый павший противник делал меня все сильнее. И тут же пришло новое видение, от которого по моей спине пробежали мурашки.

Я ставший гуй-дзин. Мертвенно бледная кожа, что крепче брони легионера. Кроваво-красные глаза видящие ток жизни и длинные когти, что тускло блестели в свете несуществующей луны. Этот Ян был порождением ночи, питался жизнью других и жил вне морали, что когда-то связывала меня.

Зеркало вновь изменилось, и на поверхность поднялся другой я — Повелитель голодных духов. Он парил над землёй, окутанный тенью, и за его спиной кружились голодные духи послушные его воле. Его взгляд был тяжелым, мудрым и полным власти. С вырванного, из груди демона-они, сердца, что он сжимал в руках, медленно капала кровь.

Образы мелькали все чаще и чаще. Вот я один из крысиных королей контролирующий криминальный мир империи. А вот рядом с моном ворона на моей груди появляется еще один в виде паука.

Я смотрел на них всех. Они были мной — каждой из возможных дорог, которые я мог выбрать. Каждая из них манила, каждая из них несла в себе свою правду. Вот только я чувствовал, что я это я и все, что я вижу обман. Я есть Я. Боец следующий дхарме возрожденного клана. Воин, что следует своему чувству Дэ. Тот кто несет в своей душе гармонию и баланс. Тот кто стал клинком с обсидиановой заточкой.