Книга Танцор Ветра. Том 4, страница 60 – Константин Зайцев

Она не стала отрицать. Просто посмотрела на меня тем же оценивающим взглядом, каким смотрела весь вечер. Взгляд хищника, который решает, стоит ли добыча усилий.

— Совет был необходимостью, — сказала она, наливая себе, а потом мне, вина из кувшина, стоявшего на столе. Её движения были плавными, неторопливыми, будто мы обсуждали погоду. — Теперь никто не скажет, что я действовала без согласия улиц. Голосование состоялось. Большинство за войну. Формально всё законно.

— А те, кто голосовал против?

— Предатели. — Её голос стал жёстче, как сталь, выходящая из ножен. — Юнь торговала нашими людьми островитянам. Живым товаром. Её руки по локоть в крови наших детей, наших женщин. Цзин Лэй продавал информацию страже и через неё — Первому Советнику, который, как и Юнь, работал с этими ублюдками. Те четверо всего лишь шавки, что лают на прохожего. До конца дня Луннолицые и Багровые Кулаки приведут их людей к присяге на верность новому лидеру.

— Или умрут? — Я пригубил вино.

— Или умрут. — Она сделала глоток вина, а потом продолжила: — Они были врагами задолго до сегодняшнего вечера, Лао. Я просто дала им возможность показать своё истинное лицо. Ты не хуже меня знаешь наши законы. Слабый умирает, чтобы сильный мог жить.

— Кажется, я был лишним во всей этой схеме. Вы использовали меня, чтобы они сказали слова, которые вы могли использовать против них.

Госпожа Линь чуть наклонила голову, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.

— Я использовала тебя, чтобы дать им шанс. Шанс промолчать. Шанс не выдать себя, и тогда они бы умерли тихо и спокойно. — Она поставила чашу на стол. — Но они сами выбрали свою судьбу, когда открыли рты.

Я молчал, переваривая её слова. В них была своя логика. Холодная, беспощадная логика власти. Юнь действительно торговала с островитянами. Цзин Лэй действительно был связан с Советником. Это мне было известно и так. И они имели отношение к смерти наставника. По сути, госпожа Линь оказала мне услугу, убив их первой.

Госпожа Линь наклонилась ко мне и заглянула мне в глаза. Её глаза, тёмные и холодные, как зимнее небо, смотрели прямо в мои.

— Не строй из себя девственницу, Лао. На твоих руках не меньше крови, чем на моих, а будет ещё больше. Ты такой же, как и твой наставник, но он хотя бы был аккуратным. Ты же похож на молодого кота, что только попробовал крови. Постоянно хочешь убивать снова и снова. Можешь не отрицать. Первый Советник ведь не единственный твой враг, так?

Отрицать было бессмысленно.

— Лиан Жуй будет следующим. — Ответом мне был хриплый старческий смех.

— Мы с тобой одной крови, — продолжила госпожа Линь. — Мы оба делаем то, что должно быть сделано. Не то, что красиво. Не то, что правильно, а то, что необходимо. Ты мстишь за приёмного отца и учителя, а я — за тех, чьи лица стёрлись из моей памяти. Я не помню, как выглядели мои отец и мать. Не помню, как смеялся мой брат, но я помню гортанные приказы этих ублюдков. Их проклятый смех. — Старуха оскалилась, как дикий зверь. — Пока я жива, островитянам не будет покоя, а когда меня похоронят, моё дело продолжат мои дети и внуки, клянусь Небом.

— Да будет так, старшая! — Я отсалютовал ей чашей с вином. Она была права: мы одной крови, и я рад, что она на моей стороне.