Книга Зов трав, страница 122 – Вера Оттер

— Все верно, ты – из знатных, – с каким-то облегчением в голосе произнес Джон. – А еще ты воин и, несмотря на свою принадлежность к морскому богу, ты чтишь также и бога войны и огня.

— Да, – с улыбкой ответил Мартин, а потом резко поднял руку, пытаясь дотянуться до уровня ключицы. За эти неосмотрительные движения он немедленно поплатился острой болью, а с губ сорвался хрип. Закрыв глаза, Вуд заставил себя стойко стерпеть эту болевую волну. А открыв глаза, парень пристально посмотрел на Джона и продолжил разговор. – У меня два клинка. Обычно они в ножнах за спиной, но сейчас…

— Сейчас они лежат в той комнате, в которой ты очнулся, вместе со всеми твоими личными вещами, – ответил Джон. В его взгляде появилась надежда, потому что буквально на его глазах Мартин начал вновь обретать воспоминания. – Что еще ты помнишь?

— Хм, – Вуд замялся. Ему в голову пришли воспоминания о сильной буре, еле заметной тропе в горах, о тяжелых огромных дверях с непонятными символами на них, а также о странном высоком и худощавом мужчине, который был одет в серые одежды. – Память возвращается короткими отрывками. Кажется, я начинаю вспоминать свой путь по горной тропе.

— Это уже успех, – согласился Джон, но почему-то в его голосе Мартин уловил толику сожаления. – А что ты помнишь о людях?

— Людях? Каких еще людях? – не понял Вуд. Он отчаянно пытался отделаться от образа незнакомой девушки с янтарными глазами. Но она все чаще появлялась в его мыслях, заставляя сердце стучаться быстрее. Почему-то Мартину не хотелось вспоминать ее. Его попытки были мячиком, отскакивающим от бетонной стены и возвращающимся обратно к Вуду. И ничто не могло разрушить этот блок в его голове.

— Тех людях, которые окружали тебя в последние дни перед ранением, – кратко ответил Джон. Он устало вздохнул, а потом, облокотившись на барную стойку, посмотрел прямо в глаза Мартина. – Ты помнишь того человека, который нанес тебе это ранение?

Вуд отчаянно пытался вспомнить, но не мог. Он помнил только дождь, странный агатовый блеск драгоценного камня и то, с каким ужасным звуком клинок вошел в его тело, почти что протыкая насквозь. Кажется, парень слышал, как кто-то кричал, но после была только пустота. В голову Мартина пришла трезвая мысль, что после таких ранений не выживают, но он отмел ее подальше. Он же жив, значит, ранение не было таким уж опасным для его жизни. Иначе никакие примочки из трав не спасли бы его.

С каждой возникающей волной воспоминаний, Мартин чувствовал, как нарастает головная боль. Будто все его естество сопротивлялось этому процессу. Тем не менее, превозмогая болевые ощущения в груди и в голове, Вуд пытался отыскать ниточку в своих мыслях, благодаря которой смог бы вспомнить все произошедшее с ним до мельчайших деталей. Ему это было необходимо.

— Нет, – наконец, сдавшись от отчаянных попыток вспомнить, произнес Мартин. Он с растерянностью во взгляде уставился на Джона и сглотнул ком в горле. – Так кто нанес мне это удар клинком? Ты ведь знаешь, кто это был, не так ли?

Джон помедлил, прежде чем ответить. Казалось, будто этот разговор бармену дается также трудно, как и самому Мартину.

— Это была воительница из города ветра. Ее звали Таша, – наконец, ответил Джон. Произнеся фразу, бармен отвел взгляд в сторону, и Мартин был готов поклясться, что в свете свечей в глазах Джона сверкнули слезы.