Книга Город мертвого бога, страница 213 – Алекс Феби

Натан встал, уронив стул, и тот с грохотом упал в груду вещей, наваленных сзади. Стоило ему подняться на ноги, как у него тут же заныли колени и свело ступни. Он сощурился и попытался сморгнуть, но безрезультатно: все вокруг было размытым и словно бы в тумане. В ушах стоял несмолкаемый тонкий визг, с которым не могли справиться никакие пальцы, засунутые в ушные проходы, а ноги были налиты такой тяжестью, что когда он попытался двинуться с места, то почти не заметил результата своих усилий. Кроме всего прочего, у него кружилась голова, кружилась так, что даже подташнивало. Он потряс головой, потянул себя за щеки, потер спину – ничто не помогало.

Потом он вспомнил то, что сказала Дашини: «Возвращайся сюда поскорее, нам нельзя терять ни минуты!» Натан поспешил к двери, стараясь проворнее передвигать ногами, но они еле шевелились; ему стоило больших усилий просто держаться прямо и не загреметь в кучу наваленных где ни попадя вещей.

В легких хрипело, словно они были набиты песком, воздух царапал их с каждым вздохом; суставы тоже поскрипывали, сопротивляясь его усилиям; мышцы висели и покачивались тяжелыми мешками, вялые до отвращения. Он положил руку на дверную ручку – и даже повернуть ее оказалось делом трудным и болезненным; и когда дверь в конце концов щелкнула и отворилась, Натан почувствовал такое облегчение, что даже сам не поверил.

Он приложил ладонь ко лбу, убирая прядь сальных волос, прилипших к выступившему на коже поту, и обнаружил, что движения его плеча гораздо более ограниченны, чем он ожидал. Как Комендант вообще справлялся? Дашини была права: это было совсем не похоже на переодевание.

В коридорах всегда царил полумрак – то ли Господин из экономии велел прикручивать газ, то ли Беллоуз боялся, что от резкого света могут выцвести развешанные по стенам портреты, – но сегодня здесь было особенно темно. Каждая мелочь таила угрозу, только и дожидаясь случая дать ему подножку, чтобы он распластался по полу. Даже ковровые дорожки, на которые Натан прежде не обращал большого внимания, постоянно цеплялись за шаркающие сапоги Коменданта; их отделанные рюшами края лезли ему под ноги, норовя опрокинуть. Ему приходилось изо всех сил вглядываться себе под ноги, чтобы не оступиться.

Комната Коменданта располагалась рядом с библиотекой, где у Натана проходили уроки. Теперь этот длинный коридор с портретами по обеим сторонам казался еще длиннее, а сами портреты превратились в размытые пятна – впрочем, Натан едва был способен поднять голову Коменданта, чтобы на них посмотреть.

Впереди послышался какой-то звук. Пока Натан выпрямлялся, чтобы поглядеть, что там такое, Беллоуз был уже рядом.

— Комендант! Куда это вы направляетесь? Кажется, на сегодня все ваши обязанности выполнены? Ну да ладно, я как раз шел к вам. Мы с Господином отправляемся по делу и не вернемся до завтрашнего дня. В наше отсутствие здесь будет двойной наряд жаберников – следовательно, двери к нижним чанам должны оставаться незапертыми. Вы меня поняли?

Натан кивнул – медленно, чтобы в комендантской шее не треснули позвонки.

— Очень хорошо.

И Беллоуз зашагал обратно. Дойдя до поперечного коридора (казалось, до него было несколько миль), он свернул вправо, в сторону, противоположную Натановой комнате.