Книга Простые решения. Свиток первый, страница 42 – Александр Зайцев, Константин Зайцев

Постепенно выяснил, что сбрасывать чужие приказы можно было по-разному. На дальних рубежах хватало лёгкого внутреннего встряхивания, словно сгоняешь дремоту. Но ближе к стволу приходилось концентрироваться, целенаправленно выталкивать из разума липкую чужую волю, словно вытаскиваешь занозу из плоти.

Я экспериментировал. Представлял сияющий щит света — прожектор моего внимания, отталкивающий тьму чужой воли. Это работало, но требовало колоссальной концентрации и отнимало силы. Пробовал относиться к давлению подчиняющей ауры, как к фоновому шуму, к назойливому жужжанию — метод оказался эффективным только на первых подступах, но у второй насечки контроль начинал ускользать, тело реагировало медленнее.

Самым же надёжным оказалось именно активное отталкивание: резкое, чёткое внутреннее движение, отрицающее саму возможность чужого приказа. А моё импровизированное заклинание «Кыш!» проявило себя, как ультимативное оружие против ментальных атак древесного чудовища, разрывая паутину чужой воли, будто её никогда и не существовало.

Определив границы, почувствовав, что способен не только выдерживать ментальное давление, но и осознанно его отвергать, я решил усложнить задачу. Испытание превратилось в сознательный вызов, шаг к новой ступени понимания себя и своей силы.

Встал прямо на границе, там, где ветви Ивы лишь начинали едва заметно шевелиться в предвкушении атаки, но всё ещё не могли меня достать. Закрыл глаза и попробовал исчезнуть. Нет, не физически, а мысленно. Представить вместо себя пустоту, отсутствие, небытие. Не знаю, что подтолкнуло меня к такому эксперименту, возможно, смутный обрывок воспоминания о чём-то прочитанном в прошлой жизни.

Но пустота не сработала. Банально не смог убедить себя в том, что меня нет, что я — ничто. Подобная игра с воображением оказалась мне «не по зубам». И всё же сама мысль, само направление показались интересными. На второй попытке я изменил подход: попробовал не исчезнуть, а стать частью окружающего пейзажа, бессловесным камнем, покрытым мхом, травой, которая вечно росла на этом месте и являлась неотъемлемым фрагментом здешнего леса.

Сосредоточившись на дыхании, я замедлил его и представил, как моя аура растекается по земле, прижимаясь к траве, папоротникам, к влажной почве под ногами, становясь неотличимой от общего фона. При этом я изо всех сил старался не думать об Иве, не посылать в её сторону ни страха, ни даже тени внимания. И именно это оказалось самым трудным: не думать о чём-то. Словно в старой притче Ходжи Насреддина — «не думай о белой обезьяне». В конце концов, с трудом, но удалось полностью погрузиться в иллюзию растворения, в ощущение, будто я исчез, став частью лесного фона.

Секунды сливались в минуты, а минуты казались вечностью. Я стоял, едва дыша. Шум ветвей стихал, давление чужой ауры ослабло до едва различимого, почти фонового. Работает? Сердце дрогнуло, едва не подпрыгнуло от вспыхнувшей надежды. Неужели получается? Чтобы проверить, сделал микроскопический шаг — сдвинул стопу вперёд всего на сантиметр глубже в зону чужого воздействия.

И почти сразу тонкая, гибкая, словно кнут, ветвь молнией рванулась к моей лодыжке с такой скоростью, что я едва успел отдёрнуть ногу назад. Открыл глаза. Ива снова напряглась, её ветви подрагивали, готовые к новой атаке. Обман не удался. Совсем. А точнее частично всё же что-то получилось. Когда я стоял неподвижно, полностью сконцентрированный на своей «невидимости», реакция дерева всё же выглядела чуть замедленной. «Ива» будто колебалась, словно не сразу понимала, стоит ли атаковать этот странный объект, почти не излучающий привычного духовного присутствия.