Книга Шантажистка, страница 99 – Алевтина Варава

И что со мной теперь будет?

Лена не пришла на занятия ни в понедельник, ни во вторник.

Каких только ужасов я не придумал за эти дни! Я боялся, когда Лариса уходила на работу, и боялся её возвращений. Я боялся своего телефона. Боялся ходить по коридорам лицея.

Опять не мог спать.

Забытые ночные кошмары, умещавшиеся в короткие провалы, похожие на обмороки, а не на отдых, заиграли новыми красками. Чего в них только не было!

В середине недели Лена Семёнова появилась на занятиях, без каких-либо следов слёз, такая же, как всегда.

Я дёргался от каждого шороха. Всякий раз, когда кто-то со мной заговаривал, ждал обвинений и угроз, уверенный, что меня успели выставить чокнутым извращенцем и дать об этом интервью на федеральном канале.

Опять я страшился увидеть на пороге полицию, опять покрывался испариной от стука в мой кабинет. Я даже уроки вёл в состоянии полупаники, каждый миг ожидая толпу с вилами или ещё хуже – парочку мужиков в форме и с наручниками.

Вечером того же дня, когда вернулась в лицей Лена, моя дочь объявила о том, что на Хэллоуин идёт с ней в ночной клуб и потому нужен «крутецкий костюм».

Это был удар ниже пояса, впрочем, как и всегда.

Можно было догадаться, – думал я, спрятавшись в уборной и открыв в душевой воду. Не тюрьмой она грозила, а петлёй.

Что-то ужасное случится с Машей из-за меня. Вот что она задумала.

Запереть дочку дома на замок насильно помешает жена.

Рассказать о том, что моя несовершеннолетняя обиженная любовница собралась мстить через нашего ребёнка, казалось запредельным, невзирая на то, как мы сблизились с Ларисой в последние месяцы.

Паниковал ли я? Да, чёрт возьми!

Успел забыть, что Лена не раз продемонстрировала, с какой охотой использует Машу в своих целях! Всё самое скверное, что я успел придумать, поблёкло на фоне страшной правды.

Моя девочка совершенно беззащитна. С ней можно сделать всё что угодно.

Сломать её жизнь и психику навсегда.

Хотелось кричать, выть, самому звонить в полицию.

Но как на самом деле могу я её защитить?

Не разрушив нашу семью с другого бока.

Свою панику я старался не показывать всеми силами, чтобы не усугубить и без того ужасающую ситуацию. Конечно, выходило топорно, всё было написано у меня на лице. Но Лариса интерпретировала это неправильно. Решила, что я переживаю, как и раньше, из-за своих «закидонов», но мужественно молчу. Из-за такого вывода она мной гордилась и всячески старалась не провоцировать.

А я лихорадочно думал. И в итоге позвонил сыну. Я буквально умолял его оставить все дела, обзавестись костюмом и завтра оказаться в том же клубе (благо название его нам с женой сообщили, потому что на этот раз я был мудрее и удержался от запретов и скандалов). Я просил сына глаз с Машки не спускать. Быть постоянно рядом.

Я позволил Мише списать всё на мою старческую нервозность, панические атаки, даже маразм – потому что не в шутку говорил ему о «плохом предчувствии». Это так сильно расходилось с моим обычным поведением, что сын дал слово всё выполнить.

А у меня появился временно́й люфт. Очень короткий. Я понимал прекрасно: не прокатит с вечеринкой, так Лена придумает что-то ещё. Машу нужно было спасать.

Пока дочка веселилась на дурацкой дискотеке под надзором брата, я встретился со старым армейским приятелем Игорем Сколовым.