Книга Шантажистка, страница 77 – Алевтина Варава

Но с остальным всё оказалось вовсе не так просто.

В интернете нашлась куча интересующих меня услуг. Я даже поразился тому, какой доступной в наши дни стала подобная индустрия. Что ж, это только облегчает задачу.

Я очень долго изучал пышногрудых барышень на фотографиях, невольно отыскивая ту, кто был бы похож на Лену. К своему ужасу и омерзению я понял, что обращаю внимания только на анкеты восемнадцатилетних путан. Но и они казались какими-то неправильными – слишком накрашенными, вульгарными, чересчур большегрудыми – и когда они в свои восемнадцать успевали сделать операции на бюсте? Ведь то, что было в анкетах, никак не могла подарить природа.

Я был противен сам себе. Мой сын на год старше девушек, среди которых я осознанно искал любовницу на одну ночь. Моя дочь – тут меня и вовсе пробивала испарина – всего на три года их младше. Эти ночные бабочки – дети. А я…

Но они вовсе не выглядели детьми.

К тому же своим отказом от подобных услуг я уж никак не спасу их загубленные жизни. Напротив, лишу заработка.

Может быть, они делают всё это, чтобы покупать лекарства больным матерям, или ещё что-то похожее…

Почему я вообще об этом думаю? Индустрия продажной любви существует веками, я ничего не поделаю с этой общественной язвой. Очень многие мужчины прибегают к помощи таких женщин. А то, что сам я раньше считал это омерзительным и унизительным, – проблема только моего личного восприятия.

Номер телефона тщательно выбранной барышни не отвечал, хотя я звонил по нему трижды.

Я попробовал набрать наугад любой другой номер и внезапно попал на какой-то кол-центр. После чего в панике сбросил звонок.

Пришлось заново углубиться в поиски.

В конце концов я отобрал троих подходящих кандидаток развеять моё помрачение, и с одной из них всё-таки удалось договориться.

Я ликовал, чувствуя внутри постыдный, но томительный трепет. Я хотел этой встречи. Я думал только об этом.

Для своего преступления я определил пятницу – день, когда жена обыкновенно особенно долго задерживалась в клинике, даже когда не случалось никаких родов или осложнений в беременностях её пациенток.

Я запасся контрацептивами. Будучи мужем акушера-гинеколога, я, как никто, понимал, что в этом деле нужно быть осторожным. И даже решил всё равно сдать потом анализы. На всякий случай.

В двадцать один год я подхватил одну очень неприятную заразу, от которой долго и гадко лечился, так что меня не нужно было учить осмотрительности теперь.

Приехавшая по вызову «Даша, 18 лет» выглядела на деле на все тридцать. Не знаю, каким чудом фотошопа сотворила она те фотографии, которые выложила в своём эротическом профиле в интернете, но ей реальной было до них очень и очень далеко. К тому же Даша была полноватой, вульгарно и безвкусно одетой и очень грубой в своих манерах. Хотя чего ещё я должен был ожидать от путаны?

Когда она разделась и выплюнула жвачку в салфетку, я понял, что идея с проститутками была худшим, что могло прийти в мою больную голову.

Избавиться от неё оказалось делом неприятным и довольно унизительным. Даже получив свои деньги за непроделанную работу, Даша эта вместо радости стала злорадной и язвительной. На меня она смотрела с презрительной брезгливостью – может быть, обиделась за то, что я её не оценил.