Книга Дополненная реальность. Системный администратор, страница 6 – Алевтина Варава

«Салют, Павел, сын Андрея! – заговорил демон в записи тем самым хрипловатым низким басом, который теперь, через приложуху, уже совсем не казался страшным до оцепенения. – Ты собираешься предложить смертному первую сделку. Ты получил это сообщение не потому, что что-то делаешь не так, я записал его просто на всякий случай. Когда торопишься в отпуск, многое можно упустить. Имей в виду, Павел, сын Андрея, что работу свою нужно делать вдумчиво и старательно. Ты должен быть уверен в том, что принципал склонен к раскаянию. Растрата ресурсов работодателя на тех, кто и так оказался бы в Аду, – это нарушение трудового кодекса. Расспроси с оказией знакомого тебе Ивана, Юрьева сына, как он подставил подающего большие надежды беса Пьера. А всего-то помер вдруг да так резко, что ни о чём подумать не успел. И не раскаялся. Хотя вообще был персоной подходящей и со временем к этому бы пришёл, тут я не спорю, я во время служебного расследования Пьера защищал. Но правила написаны кровью. Подтверждением качества работы беса является раскаяние клиента при жизни, эффект которого блокирует договор. А уж почему оно не случилось – потому ли, что клиент подобран неверно, или потому, что его не вовремя грузовик какой сбил, – дело десятое. Так что тебе надо за своими принципалами приглядывать, беречь их, что ли. Если выйдет, что из-за открывшихся возможностей они в такой разгул пойдут, что пожалуют к нам до срока и не успеют раскаяться, то формально получится, что контракт потрачен напрасно.

А начальство такого не любит. Смерть клиента без раскаяния обнуляет твой счётчик договоров. И пусть у тебя там уже будет шестьсот шестьдесят пять идеально подходящих душ на балансе, и тут одна возьми да и помри, не подтвердив целесообразность затраченных ресурсов, всё нужно будет начинать сначала.

Так что самую первую сделку я тебе по умолчанию заблокировал, если ты там уверен, то повтори отправку ссылки.

Удачи! Привет тебе от Лилит, она говорит, что ты – пупсик. И где только нахваталась таких выражений?..»

Пашка выдал несколько трёхэтажных конструкций, последнюю – довольно громко, потому что совсем забылся от возмущения. Вместе с поступившим в прилоге драконом заглянула Другая мама.

— Ты почему не спишь? И почему на Серёжиной кровати? – удивилась она. – Всё в порядке? Мне показалось, что ты меня зовёшь. Ты кричал? Лидию Викторовну не разбуди, пожалуйста.

— А ты почему не спишь? – попытался защититься Пашка.

— Тётя Марина приехала ночью, странно, что ты не проснулся – она такой шум подняла. Думала, что с нами что-то случилось. Ты почему трубку бросил, когда она звонила?

— Батарея села, – соврал Пашка. – А на кровати у меня, кажется, Стержень нассал. Воняет чем-то, не могу. Пока тут посплю, ладно? – присовокупил он, и телефон вздрогнул новой «тет» за лжесвидетельство на ни в чём не повинного Стержня.

— Я так Марише и объяснила, что никто её не собирался пугать. Мы тоже с Лидией Викторовной как-то так намертво заснули. Наверное, перепад погоды будет. К тебе вчера часов в шесть приходил мальчик, – добавила Другая мама. – Тоже дозвониться не мог, наверное, из-за батареи. Купить тебе пауэрбанк?

— Не нужно, спасибо. Какой мальчик? – хмуро спросил Пашка.

— Славик, сказал, что учился с тобой в одном классе, а потом в другую школу перешёл. Очень хотел тебя видеть.