Книга Дополненная реальность. Новый пользователь, страница 51 – Алевтина Варава

Потому что не было у Пашки свободных бабок, чтобы такое покупать. А иметь хотелось.

Но вот только чем это концептуально лучше телефона? Просто Пашка телефон ни у кого бы не взял, потому что это уже кража, преступление. И ответственность соответственная. А остальное…

А остальное владельцы себе компенсировали бы тут же, даже глазом не моргнув, вот что.

Воровство Пашка не признавал. Но такое забирание к воровству не относил ни в какой степени. А почему – не задумывался. Наверное, так как был уверен, что это не несло вреда обираемым. Так-то и у Пашки часто что-то отнимали, особенно в школе. Это же не воровство. Он просто возмещал. Но незаметно… Не силой, так сказать, а ловкостью.

Запутался, короче, Пашка в своих рассуждениях, и оттого озлился ещё больше.

А задели его соображения Островской так, потому что прежде он почти полчаса её презирал и ненавидел, упиваясь своим величием. А тут выходило как будто, что и сам такой же точно, как гадина, чуть у его девушки телефон не свистнувшая дорогущий.

Западло, конечно, лютое.

Ну ничего, с таким покончено. Скоро у Пашки будут и электронки, и телефоны, и квартиры с машинами тоже. Потому что он – избранный.

Потом от душевных терзаний лихо так отвлекли. Какой-то Игорь предложил играть в бутылочку, и вся шумная компания тут же эту идею подхватила. Все, и Пашка, конечно, уселись в широкий круг на траве.

А между тем Павел Андреевич Соколов ещё никогда в жизни не целовался! Даже и со своей первой женщиной Риткой (и слава богу!). Так что игра взволновала нехило! Поначалу Пашке везло – на него не попадало. Везло потому, что он был вообще не уверен, что умеет целоваться нормально, а тут играли по-взрослому (наверное, свою лепту внёс алкоголь): не чмокались быстро, едва коснувшись губ губами, как раз Пашка видел на несостоявшемся уроке права, с которого свалил учитель. Тогда смелые одноклассники из крутых сели малой группкой, вооружились недопитой колой Лебедева и тоже стали в бутылочку играть. Особенно охотно чмокалась со всеми грудастая Светка, будоража Пашкину психику. Но пионовские друзья прямо-таки сосались: и вся толпа считала вслух, минимум – до десяти.

Даже когда накачанному Кириллу попалась круглая и низкорослая Саша с кривыми зубами, заднюю он не включил, и «раунд» прошёл на пятнадцать счётов, хотя некоторые покатились от хохота. А ну как и Пашке выпадет какая-то страхолюдина? Или, наоборот, – шикарная деваха, которая в нём разочаруется, как шлюха на мойке? Или вообще Пионова – не так Пашка представлял себе их первый поцелуй!

Короче, совсем не хотелось, чтобы горлышко бутылки на него указало. Хотя алкоголь в крови тянул на приключения, а от лобызаний парочек зашевелилось в штанах.

Первый раз Пашка достался Карине, высокой и смешливой кудрявой девчонке, с которой Пионова вроде как жила в одном дворе и играла в бадминтон. Пробираясь вперёд к центру круга, он понял, что сомлели ноги, и чуть не завалился набок. В ушах шумело от тока крови, сердце бешено колотилось, лоб взмок от лихорадочной испарины.

У Карины оказались очень мягкие и влажные губы, приятные и возбуждающие. От её волос пахло духами и костром. Глаза Карина закрыла, и Пашка хорошо видел лицо: под странным непривычным углом оно выглядело малопривлекательным. Но ощущения!