Книга Осколки будущего, страница 62 – Алевтина Варава

— Какие познания в фольклоре, – мигом схватила принцесса Авелилона, – значит, ты была человеком?

— Была ли я человеком? – разгневалась женщина. – Была и стану опять! Или кто мне помешает? Ты?!

— Смотря какой ценой.

— А какой угодно!

И с этими словами существо, кожа которого стремительно синела на ветру, рванулось к Ане, намереваясь сбить с ног. Но та ожидала нападения и движением ладони отбросила утопленницу к морю энергетическим сгустком. Следующий же цепью сковал её конечности.

— Простите. Но ваши средства чересчур неприемлемы, – тяжело дыша, крикнула Аня, подбегая, – и потому…

Она замахнулась, но тут пленница застонала, вскинув такой отчаянный взор, что шар застыл в руках, а внутри всё похолодело.

— Кто ты? – прошептала связанная. – За что ещё и ты хочешь причинить мне зло?

— Ещё?

— Только не убивай, – тоскливым голосом взмолилось чудовище. – Я расскажу всё, что пожелаешь.

— Кто ты такая? – испаряя оружие и опускаясь на корточки, спросила Аня. Пленённая уже потеряла признаки живого человека: на песке сидела та самая утопленница, которая так старательно пыталась увлечь в своё царство Аню всего несколько дней назад.

— Меня зовут Регина. Регина Ростовцева, – хрипло выдавила женщина. – То есть звали. Я прилетела отдыхать. Я такая молодая… я не хочу подыхать! Я не должна тут подохнуть!

— Не понимаю.

— Я утонула, – просипела женщина, – дебильно утонула. Захлебнулась волной. Закашлялась. Наверное, в лёгкие вода попала – и я не удержалась на плаву. Занавес. Досрочный финал. На выход с вещами. Реджи сыграла в ящик…

— Но как?..

— Море, – в глазах сумасбродки появился странный огонёк, – со мной заговорило само море. Оно поняло, что не имеет права отбирать такую жизнь. Оно знало, что я достойна большего. – Разбухшие губы налились кровью. – Но оно не могло отпустить меня за просто так. И поставило условие. Дало две недели, чтобы взамен себя я грохнула десятерых. Только тихо, незаметно, не поднимая шухер. – Она неестественно наклонила голову и быстрее задышала, широко раздувая крылья мертвенно-бледного носа. – Оно обещало воскресить меня, если я выполню условие. Это честный обмен! – гаркнуло чудище. – Я теперь могу, высасывая силы других, становиться видимой. Я искала среди отдыхающих всякое отребье. Я не хватаю кого ни попадя! Я ищу… и нахожу. Выродков. Шваль. Я выбирала их, пока была человеком, а когда энергия кончалась, подстерегала в воде и топила. Отдавала морю. Я могу снова жить!

— Но кто ты такая, чтобы это решать?! – ахнула Аня.

В Регине что-то потухло. Вмиг угасло, и по синюшной щеке скатилась одинокая крупная слеза. От неё пахло тиной.

— Я хотела верить, что могу. Прости. Прости меня… Я уйду. – Она вскинулась опять. – Уйду. Сама. Туда, в эту огромную лужу – и откажусь от нашего договора. Только пообещай: ты сообщишь бате о моей смерти. Пожалуйста. И в отеле. Они ведь нефига не ищут пропавших, если никто не поднимает хай. Скажут потом, что я свалила куда-нибудь в город и не вернулась. Типа незаконная иммигрантка. Им не нужны проблемы. А я не хочу навечно остаться заложницей этого солёного болота!

Аня молчала, не было сил говорить. Она в один момент примерила на себя всё, что сказала эта несчастная, так безысходно плачущая у её ног.

— Я… я обещаю, – промолвила принцесса Авелилона, робко кладя руку на склизкое плечо и лёгким движением снимая оковы, – обещаю, Регина. Извините меня за то, что… что не дала вам… Но они тоже имеют право жить.