Книга Осколки будущего, страница 422 – Алевтина Варава

— Ни в жизни с ним не помирюсь! – подтвердила воинственно Тина. – Но Соню мы заведём, разумеется, – присовокупила она.

— Что?!

— Слушай, вот зачем ты выносишь мозг?! – напустилась на Нику будущая дочь. – Поиздеваться захотелось, считаешь, мало мне?! Или ему теперь всё можно, а я только плечами пожимай и «ну, ок» говори, если, ясен пень, мы останемся парой и Соня родится, что бы ни случилось? Ты на фиг меня в это носом тыкаешь именно сейчас?! – перешла она на яростный крик.

— Прости, – прошептал Ника, отступая и закрывая рукой рот. – Прости. Тебе придётся. Конечно, тебе же придётся. Наверное… потому её и выдали за дочь Анжелы. Ты не сможешь после такого… Господи, какой кошмар! Ждать, как судного дня, часа, когда… когда нужно будет позволить… словно девка, допустить к себе… а потом носить ребёнка, зачатого так кошмарно… Господи боже мой… Может, есть другой выход?

— Прекрати её накручивать! – оборвала Аня. – Мы представления не имеем, что валькирия наплела Лапочке, что с ним происходило там всё это время. Он попал в ужасную ситуацию.

— Это я попала в ужасную ситуацию, а не твой Лапочка! – просвистела Тина.

— Измену ничто не может оправдать, – холодно обронил Ника.

— Его заколдовали, это не измена.

— Может, психологическая защита сработала? – предположила Мэри-Лин. – Он мог неосознанно внушить себе, что насилие осуществляется по доброй воле.

— И спокойно кувыркаться с любовницей? – скривилась Евгения Витальевна. – Удобно.

— Она не любовница! – возмутилась Аня. – Он же сказал, что это не нравится ни ему, ни ей!

— Ну зашибись оправдание, – закатила глаза учительница английского.

— Лапочка любит Тину больше всего на свете, – упрямо сказала принцесса Авелилона.

— Любит Тину? – выдохнул Ника. – Мы застали его в постели с врагом!

— Мы не знаем, что было там за эти пять дней. Пока Тина занималась спектаклем, – ядовито присовокупила Аня.

— Ну это лишь Эрру и сама Габриэлла знают, – развела руками Бэлла. – Возможно, стоит спросить?

— Ну нет! – гаркнула обманутая невеста. – С этой сладкой парочкой никаких переговоров не будет. Или я за себя не отвечаю.

— Попробую погадать, – предложила Натали. – Но, скорее всего, потребуется длительная связь с реальностью. А мы не представляем, насколько валькирия опасна. Теперь, когда в курсе, что мы охотимся на неё.

— Кое-кто ещё может знать, что там за хренотень случилась, – включилась в дискуссию Смерть. – Призраки в коридоре, – пояснила она, – бдят уже не один день, судя по тому, как оголодал котище.

К счастью для эстетической стороны допроса, кот взялся жевать тела мёртвыми. Так что у фантомов, которых забрала, но доставила вместо Чистилища в днепропетровский парк Смерть, были лишь проломленные бюстиком последнего воплощения бога русов головы – у бабушки затылок, у деда – лоб. Старичок и старушка уже пообвыклись в своём новом состоянии, да ещё и истосковались по общению – им столько всего хотелось рассказать, а оба оказались невидимы и никем не замечаемы. Так что на вопросы канонического мрачного жнеца с косой призраки отвечали даже с энтузиазмом: наконец-то в их смерти начало происходить хоть что-то понятное. Плюс можно всласть посплетничать.

— Вломились к нам, покуда мы с дедом на дачу уехали картошку копать, – сообщила убитая пенсионерка. – Молодёжь нынче ленится, помощи не дождёшься. Внучата наши занятые все, дети занятые. Ну мы с дедом вдвоём и справляемся. Так что застряли там с середины августа. А третьего сентября трубу прорвало, дед давай чинить – течёть и течёть. Ну мы всё перекрыли – и за инструментом поехали. Грязные – страсть, решили дома заночевать. Приходим, токмо всё положили, Барсика выпустили – слышим, шум наверху. Я говорю деду: в милицию надо звонить. А дед, дурак, схватил грабли, что мы прикупили вместе со смесителем новым – и по лестнице, да ещё и зовёт. Ну эта окаянная и выскочила. Хвать вождя с тумбы, и не стало моего деда. Я в крик, а она и мне голову проломила. Мы одурели совсем, покудова не поняли, что померли. Эти нас уж и не видали. Ну своими делами заниматься дальше в нашей спаленке.