Книга Верная гончая, страница 154 – Анастасия Королева

Тишина стала осязаемой, казалось, добрая половина собравшихся и вовсе затаили дыхание. Мне стало не по себе, и не от того, что нахожусь в центре внимания, а от улыбки, холодной, змеиной, которой одарил нас Квор. Маг стоял на возвышении рядом с королём, и не сводил с нас взгляда – понимающего, торжествующего и немного сумасшедшего. Быстро оглянулась на Ранделла, советник стал похож на скульптуру, высеченную из камня – черты лица заострились, губы побелели от того, что он их с силой сжал, а глаза метали молнии.

Нет! Это невозможно! Неужели.

Взмах руки Лероя, и мы сделали шаг вперёд, потом ещё один, пока и гости не ожили, принимаясь перешёптываться между собой. Былая уверенность, что у нас всё получится и сегодняшний вечер не закончится чем-то страшным, вдруг растаяла, уступив место сомнениям. Квор – как такое возможно? Насколько я поняла, они втроём дружат со времён академии, и вот так? Предательство?

Сердце билось в груди испуганной птицей, ладони вновь похолодели. Думаю, со стороны я больше всего похожа на ожившего мертвеца, чем на достойную спутницу самого советника. Некоторые фразы, брошенные специально чуть громче, долетели до слуха, но оставили меня совершенно безучастной.

Действительно, «серая мышь», «не пара» и «в ней нет аристократического лоска» – слишком глупые высказывания, чтобы принимать их близко к сердцу, куда важнее довольный вид Квора и удивление короля, с которым его величество безрезультатно пытается справиться.

Хотя нет, стоило нам подняться на первую ступень, Лерой улыбнулся, поприветствовав нас кивком головы, а вот мужчина, сидевший рядом с королём, хитро прищурился:

— Ваше величество, вы же говорили, что господин советник болен, – многозначительный взгляд, больше похожий на рентген, достался мне и уголки губ незнакомца дрогнули: – Но ради такой прелестной дамы не грех и заболеть.

Только мне кажется, что это шутка на грани фола? Или у них так принято: говорить всё, что заблагорассудится?

Ранделл накрыл мои пальцы своей теплой ладонью и невозмутимо ответил:

— Ради неё не грех и умереть.

А. Глаза в прямом смысле слова полезли на лоб, и я почувствовала, как по щекам расплывается краска смущения. Пришлось спрятать глупую улыбку, опустив голову ниже и рассматривая подол собственного наряда.

К слову сказать, Двэйн с платьем угадал, и дело не в размере. Лиф, расшитый изящным узором нежно-голубого цвета и точно такого же оттенка юбка, струящаяся по ногам до самого пола. Я стала похожа на сказочную нимфу, даже жаль, что ситуация не располагает к восторгам.

— Неужели? – вновь заговорил мужчина и поднялся со своего места: – Позвольте представиться, очаровательная леди, кнар Анор, посол Его Величества, короля Оллиры, Августа Второго.

Почтительный поклон и лукавая улыбка заставили смутиться пуще прежнего, и я не совсем удачно изобразила подобие реверанса. Квор всё это время наблюдал за нами сосредоточенным взглядом, от которого, несмотря на мирную ситуацию, у меня по спине то и дело проскальзывал холодок.

— А вы? – вновь заговорил посол, вернув меня в реальность.

Что – я? Хотела переспросить, но вовремя вспомнила, что он ждёт от меня, скорее всего, тоже имя. И как представиться? «Сами мы не местные, так что можно просто Наташа»?

На выручку пришёл Делл: