Книга Перворожденный, страница 169 – Татьяна Солодкова

Сегодня же перед ней сидел не просто Эрик Финистер. С противоположной стороны стола восседал Его Величество Эрик Финистер Первый, и никак иначе. Она поняла это, стоило войти в Малую гостиную: король был не в духе с самого утра и жаждал сорвать на ком-то злобу.

Будь Катрина мудрее, у нее хватило бы ума не злить его величество. Но чем больше времени она проводила с Нэйтом, тем меньше в ней было мудрости, не говоря уже о выдержке.

Эрик угрожал, чувствовал свою власть, и ему это было приятно.

Аппетит пропал окончательно.

— Ваше величество, — Катрина убрала салфетку с колен и отодвинула стул, — так как пока я не арестована, позвольте мне идти и продолжить свою работу?

Эрик сидел, держа чашку кончиками пальцев сразу двумя руками. Он посмотрел на нее над паром, поднимающимся от горячего кофе.

— Идите, — разрешил милостиво.

Больше король ничего не сказал, но его взгляд добавил еще одно «пока», вызывая у Катрины желание поежиться.

Она встала и, не оглядываясь, прошествовала к двери, держа спину и плечи выпрямленными.

В том, что его величество задумчиво смотрел ей вслед, Катрина не сомневалась.

* * *

— Тебя кто-то обидел? — спросил Нэйтан, следя за тем, как она устраивается на матрасе.

— С чего решил? — отозвалась преувеличенно беспечно.

Он дернул плечом.

— Лицо у тебя такое.

— Ты знаешь меня слишком мало, чтобы хорошо разбираться в выражении моего лица, — парировала Катрина.

Нэйт усмехнулся.

— А что я, по-твоему, делаю, пока ты впадаешь в транс и смотришь мои воспоминания? Рассматриваю твое лицо.

Катрина едва не потеряла дар речи, представив эту картину. Кровь прилила к щекам.

— Я… я думала, ты тоже входишь в транс вместе со мной!

Нэйт фыркнул.

— Что мне там делать? Я все это видел. Бросаю «якорь» в нужный момент, а дальше мое сознание само выдает тебе подробности. Так как утаивать я ничего не собираюсь, просматривать с тобой воспоминания необходимости нет.

Катрина поняла, что несколько секунд сидит и просто моргает.

Вроде бы ничего страшного не произошло, но она вдруг ощутила себя обманутой. Чувство, будто за ней подсматривали в ванной или в гардеробной.

— Уверяю, ты не пускаешь слюну и не похрапываешь, — «утешил» узник. — Бывает и такое, знаешь ли.

Катрина застонала.

— Ты невыносим.

— Стараюсь, — усмехнулся он, потом смягчился: — Не бери в голову. У тебя красивое лицо, почему бы на него не смотреть? Если не на тебя, то остается пялиться на стены, решетку и потолок. А их я уже успел изучить до последней трещинки.

Он правда считает, что у нее красивое лицо?

Вот что за мысли в ее голове? Следовало бы оскорбиться, а она еле сдерживается, чтобы не улыбнуться. Ненормальная.

— Ну что, мир? — Нэйтан мгновенно почувствовал перемену в ее настроении в лучшую сторону, протянул руку.

— Мир, — проворчала Катрина, но своей руки в ответ не подала. Поежилась и плотнее закуталась в плащ. Как он вообще постоянно находится в этом холоде?

Нэйт пожал плечами, убрал руки в карманы. Приблизился к решетке.

— Ну так расскажешь? Есть причины для твоего плохого настроения, или на тебя так действуют фазы луны?

— Если бы не решетка, я бы залепила тебе пощечину, — серьезно предупредила Катрина.

— Не приветствую рукоприкладство.

— Сначала я тебя отсюда вытащу, а потом непременно ударю, — мстительно пообещала она.