Книга Перворожденный, страница 142 – Татьяна Солодкова

Неопытная, хоть и одаренная, девушка из провинции и прожженный дворцовыми интригами мужчина, старше нее на десть лет. Вряд ли у нее был хотя бы шанс оказать влияние на такого человека.

— Вы мной недовольны? — спросила прямо.

Король встретился с ней взглядом.

— Отчего же? Пока я не получил результата как такового, и не могу оценить вашу работу.

Вежливая форма: «Да, недоволен, черт возьми!» Снова витиеватые фразы с завуалированным смыслом. Тошно.

Катрина решилась.

— Вы спрашивали мое мнение. И теперь я его составила, — Эрик смотрел на нее, напряженно, не моргая. — Я считаю, что Нэйтан вас не предавал.

Король обдумал ее слова.

— А как же свидетели? Письма?

«А как же то, сколько раз он спасал вашу жизнь?!» — едва не выкрикнула она.

Нет, нельзя.

— С этим нам еще предстоит разобраться, — ответила спокойно. — Что-то заставило его поступить именно так. Но только ради вашего блага, я уверена.

— Ради моего блага слать послания, назначая встречи, на которых в открытую агитировать против меня? — горько усмехнулся Эрик, тем не менее, не разозлился.

Вероятно, он и сам задавал себе эти вопросы. Раз за разом. День за днем, с тех пор, как отправил лучшего друга под замок в подземелье.

Катрина выдержала взгляд, и не думая сдавать назад.

— Именно так. Почему так вышло, я выясню.

Эрик еще несколько секунд сверлил ее взглядом, потом откинулся на спинку стула, расслабляясь.

— Боюсь, он задурманил вам голову, — сказал, вздохнув.

Катрина не стала отрицать.

— И открыл мне глаза на многие вещи, — произнесла твердо. — Вы сами говорили, что не верите в вину Нэйтана, теперь нас двое.

— А факты? — вопрос прозвучал устало.

Катрина выпрямила спину, расправила плечи.

Хватит. Пора говорить то, что думает. Она готова принять ответственность за свои слова.

— Когда Тодеуса Колшера обвинили в убийстве его невесты, все факты тоже были против него. А также имелись возможность и вероятный мотив. Тем не менее вы поверили не фактам.

У короля был такой вид, будто он получил пощечину.

Сейчас он стукнет кулаком по столу, объявит ее сообщницей заговорщика и запрет в соседней камере.

Катрина не дрогнула, ожидая реакции, какой бы она ни была.

Эрик Финистер таки стукнул по столу. Приборы подпрыгнули и со звоном вернулись на скатерть. Однако после этого он не кликнул стражу для ее немедленно ареста, а лишь потер ладонью губы, очевидно, успокаиваясь.

— Идите, леди Морено, — произнес затем, — у вас осталось мало времени, чтобы доказать мне свою правоту.

Угроза в голосе была очевидна.

Катрина убрала салфетку с колен, аккуратно свернула, положила возле тарелки. Только после этого неторопливо встала.

На какое-то мгновение ей стало его жаль. Глава королевства, обладающий почти безграничной властью в Ареноре, богатый, могущественный… и одинокий. Сестра, которой все время скучно и которую волнуют лишь развлечения, платья и мужчины. Невеста, влюбившаяся в него за внешность еще в тринадцать лет, вероятно, преданная, но совершенно чужая. Двадцать приближенных к королю людей арестованы в ожидании приговора, не по подозрению, а после признания в измене. И Нэйтан, друг, поддерживающий и всегда находящийся поблизости последние десять лет…

— Нашу правоту, — сказала Катрина твердо.

После чего направилась к дверям, не дожидаясь ответной реакции.