Книга Дорога домой или Цена престола, страница 144 – Татьяна Солодкова

Молодой человек с детства жил с матерью, весьма скрытной женщиной. Она никогда не распространялась о его отце, хотя Лорис и задавал бесчисленные вопросы. Лишь однажды Мария Каучер обмолвилась, что отец предал их и бросил, когда Лорису едва исполнился год. Больше она никогда вновь не поднимала эту тему, а сын не настаивал, чувствуя, что это причиняет ей боль.

О своем прошлом Мария тоже не любила рассказывать, и Лорис знал лишь то, что они переехали в Сарану, потому что мать переживала из-за его дара, и надеялась, что здесь ее сын станет своим среди множества магов.

Сама Мария магией не владела и говорила, что Лорис первый волшебник в их роду, и он верил. Понял, что мать что-то умалчивает только, когда повзрослел и узнал, что дар ниоткуда не появляется, и всегда передается по наследству.

Но к тому времени задавать вопросы было некому. В Саране разразилась печально известная красная лихорадка, и Мария умерла за три дня до четырнадцатого дня рождения сына. И Лорис остался один. В Саране заботились о сиротах, и он попал в детский дом, где и вырос.

Оставалось лишь узнать внешние данные Марии, и тогда можно с уверенностью говорить о стопроцентном попадании.

— Ты хорошо ее помнишь? — участливо спросил Джоф, свою собственную мать он никогда не видел, она умерла при родах.

— Конечно же, я ее помню. Память мага гораздо лучше, чем у обычного человека, — ответил Лорис, своим тоном явно давая понять, что это элементарные вещи, известные каждому.

Джоф пожал плечами, мол, он не из Сараны, ему простительно.

— И какая она была?

Лорис нахмурился, не понимая, с чего такая настырность, но потом расслабился, не найдя в глазах юноши ничего, кроме любопытства. В конце концов, ему ведь действительно было любопытно, на самом ли деле Каучер тот самый человек, из-за поисков которого ему пришлось позволить себя арестовать и посадить на цепь.

— Она была красивая, — сказал Лорис, — у нее были чудесные золотистые волосы и ямочки на щеках, когда смеялась.

«Блондинка! Точное попадание! Прямо в яблочко».

Их разговор прервался из-за раздавшихся голосов и шагов сразу нескольких людей.

Через пару секунд в поле зрения появились трое: двое стражников и высокий молодой человек в черном развивающимся плаще.

«Гэбриэл, я тебя обожаю!»

Гэбриэл указал на Джофа.

— Вот этот, — сказал он стражникам и выжидающе уставился на юношу.

— И этот! — спохватился Генти, поняв, какой подсказки от него ждут.

Гэбриэл ухмыльнулся.

— Молодец, Джоф, я же говорил, все будет хорошо.

Юноша чуть не растекся лужицей от этой похвалы, радость испортил Лорис, ледяным голосом потребовавший:

— Что здесь происходит?

Гэбриэл повернулся к нему и протянул руку:

— Меня зовут Гэбриэл Хортон, и я пришел сюда за вами по поручению короля Галима.

Лорис с сомнением посмотрел на протянутую руку, видимо не веря, что кто-то собирается обменяться с ним рукопожатием после недельного пребывания в этой грязи.

— А почему бы и нет, — пробормотал он и все же пожал руку в ответ.

Лорис Каучер понравился Гэбриэлу с первого взгляда. Упрямое лицо, прямой взгляд. И вел Лорис себя соответствующе. Гэбриэл не сдержал ухмылки, когда едва освобожденный из места лишения свободы Каучер, вместо того, чтобы целовать ноги своему спасителю, потребовал ванну, туалетные принадлежности и чистую одежду прежде, чем что-либо обсуждать. Совсем как он сам во дворе в Алаиде.