Книга Натуральный обмен, страница 191 – Татьяна Солодкова

— Да уж, — я усмехнулся, — вы попали как раз к кульминации.

Гердер посмотрел на меня укоризненного, не разделяя моего веселья:

— Я чуть не поседел от этого зрелища, — в ответ я только развел руками в воздухе, ну, мол, извини, а Рей продолжал: — А император был поражен твой речью, даже спросил меня, всегда ли ты такой.

Меня снова начал разбирать смех.

— И что ты сказал? — весело поинтересовался я.

— Сказал: нет, только когда злой.

— Да уж, — протянул я, переваривая всю свалившуюся на меня информацию и снова становясь серьезным, — это же надо было познакомиться с императором таким образом.

— Ты хоть сам помнишь, что там говорил? — Гердер, наконец, принял более расслабленную позу.

— Что говорил? — я совершенно не по-королевски почесал затылок. — Дословно нет, — зато я точно помнил, что говорил о себе в третьем лице, да еще и расхваливал. — По правде, — признался я, — в тот момент я мало задумывался над своими словами, я думал, что сейчас умру, и единственной моей целью было посильнее зацепить принца.

Рейнел хмыкнул.

— Эта была та еще речь. Честно, я поразился твоему самообладанию.

Самообладанию? Это моя истерика — самообладание? Просто некоторые в истерике плачут, а я, оказывается, смеюсь. Впрочем, я благоразумно промолчал. Самообладание, так самообладание.

Потом настала моя очередь, и я в подробностях рассказал о своем пленении, занимательной беседе с принцем Дамианом, а затем побеге и встрече с Нюсей и ее семьей.

Пересказывая события, которые со мной произошли, в некотором роде я имел возможность посмотреть на них со стороны, и, признаюсь, я ужаснулся: я остался в живых только на чистой удаче. Что ж, похоже, на эту поездку судьба выделила мне концентрированную порцию везения. Хотелось надеяться, что когда эта «доза» кончится, я уже успею вернуться домой.

— Ладно, — решил я через некоторое время и поднялся, — я пойду, надо привести мысли в порядок и подумать, что говорить завтра его величеству. В голове пока что каша.

Гердер встал вместе со мной. Серьезно спросил:

— Мои извинения ты хотя бы примешь?

Я устало вздохнул и уточнил:

— За что? За то, что ты готов был защищать меня ценой собственной жизни? Или за то, что принял верные решения в экстремальной ситуации, благодаря чему привел помощь?

— По твоим словам я прямо каким-то героем получаюсь, — возмутился Рейнел.

— Может, и не герой, — согласился я. — Но друг ты верный... — я помедлил, не зная, стоит ли еще что-нибудь говорить, но все же решил, что эту тему следует закрыть раз и навсегда, поэтому сказал: — И ты должен знать, действительно жутко злился из-за твоей выходки с короной, но злился я на тебя не за то, что ты надел какой-то там обруч, символ власти и так далее... Я злился, что ты пытался подставиться вместо меня.

— Спасибо, — кажется, наконец-то понял.

— Тебе — спасибо, — ответил я.

Хлопнул друга по плечу и направился к двери.

— Его величество Эридан Дайон Караденский! — по всем правилам представил меня лакей, распахивая массивную резную дверь.

По правде говоря, я ожидал, что меня приведут тронный зал или какую-нибудь приемную, огромную и величественную, как и все в этом замке, но я ошибся. За дверью оказался совсем небольшой и, даже можно сказать, уютный кабинет. Узкое решетчатое окно, возле него стол, два кресла, а вдоль стен книжные полки — вот и все внутреннее убранство. Тихое уединенное место, всем своим видом говорившее, что круг вхожих сюда людей очень узок. Наверное, стоило расценить как добрый знак, что император решил побеседовать со мной здесь, но я интуитивно насторожился: в таких тайных комнатах не говорят о погоде, в них решают судьбы держав.