Книга Натуральный обмен, страница 183 – Татьяна Солодкова

Дара побледнела и бросилась к окну.

— Что там? — хотя Харес спрашивал жену, но смотрел он только на меня. А мое сердце упало куда-то к ногам и без этого пристального обвиняющего взгляда, потому что я не успел. Не успел уйти и тем самым подставил под удар ни в чем неповинных людей.

— Конный отряд, — тем временем ответила женщина, и ее голос упал до шепота. — Человек двадцать... Господи... — теперь и она устремила взгляд на меня. — Кто ты такой? — в голосе даже не обвинение, а откровенный ужас.

А я просто стоял и смотрел прямо перед собой. Кто я? Интересный вопрос. Я тот, из-за кого умирают люди, тот, кто вечно хочет сделать лучше, а выходит как всегда...

Хотелось попросить прощения, но я не мог вообще ничего сказать. Что им мои извинения? Что толку каяться, когда ничего уже не исправить?

— Эй, Гердер! Ты здесь?! — донесся с улицы уже знакомый голос принца Дамиана. Поскольку стекол в окнах не было, слышимость была превосходная.

Вот как, его высочество собственной персоной...

— Гердер? — пискнула Нюся, которую теперь крепко обнимала мать. — Но ты говорил...

Я не ответил, даже не посмотрел в ее сторону, не смог. Подошел к окну, встал сбоку, чтобы иметь обзор, но в то же время, чтобы нельзя было увидеть меня.

Дамиан стоял в центре пустого пространства, окруженного крестьянскими домами, а за его спиной целое черное море — воины в одежде без знаков отличия. Несчастные жители деревни, успевшие выйти на улицу, испуганно жались к своим жилищам.

— Хватит бегать! — продолжал принц, и его голос звучал убийственно уверенно. — Я точно знаю, что ты где-то здесь. Выходи, или я камня на камне не оставлю от этой деревни.

Я все еще молчал. Неужели этот человек настолько безумен, что начнет убивать своих же подданных только ради того, чтобы поймать меня? Хотя о чем я говорю? Об адекватности в действиях этого человека и речи не идет. В своем стремлении к цели он безумен, и плевать принц хотел на то, скольким людям придется умереть, лишь бы он добился своего. А самое страшное, что по законам этого государства Дамиан имеет полное право делать с жителями деревни все, что ему заблагорассудится. Он ведь принц, сын главы империи, он имеет право убить любого раба, и ему никто не скажет даже слова против.

— Боишься?! — продолжал Дамиан, и создавалось впечатление, что он смакует каждое слово. — Что ж, я облегчу тебе выбор.

Принц кивнул своим людям, и один из них вышел вперед, вытащил из толпы девочку, ровесницу Нюси, и приставил меч к ее горлу. Девочка испуганно пискнула, но так и не решилась закричать. Где-то в задних рядах заголосила ее мать, но и ее плач быстро смолк, видимо, кто-то из рядом стоящих предусмотрительно заставил ее замолчать.

— Этот ребенок умрет, если ты сейчас же не выйдешь!

Умрет, в этом я не сомневался. Это не блеф и не пустые угрозы. Ему наплевать на человеческую жизнь, тем более, жизнь раба. А я ему не настолько нужен сам по себе, насколько насолил, устроив побег.

Я обернулся на хозяев дома, приютивших меня. Почему-то я ожидал, что Харес попробует напасть и вытащить наружу силой, чтобы спасти свою односельчанку, но он просто стоял и смотрел на меня, даже без прежней враждебности, вообще без всякого выражения на лице. Дара, бледная, как полотно, прижимала к себе дочь и тоже молчала.