Книга Натуральный обмен, страница 135 – Татьяна Солодкова

— Ничего, — ответил я. — Было приятно тебя видеть.

Ее брови снова чуть приподнялись, Эйнира кивнула мне и вышла с балкона.

На казнь полагалось надеть синий с серебром камзол для торжественных случаев. Руки дрожали, когда я застегивал многочисленные пуговицы. Подташнивало. Казнь — торжественный случай? Какой бред! Но ведь я, именно я, решил устроить показательный процесс из смерти.

Страх и паника подкатывали волнами, но я упрямо старался не поддаваться ни тому, ни другому.

Когда я облачился в парадный наряд и рассматривал себя в зеркале на предмет, что не так, пришел Рейнел.

— Ты как? — заботливо осведомился друг.

— Хорошо, — твердо ответил я.

— Врешь.

Он знал меня лучше, чем кто бы то ни было.

— Я сказал: у меня все хорошо, — отрезал я, отворачиваясь от зеркала, мое отражение и то было мне противно.

— Ну, если ты так говоришь...

— Говорю, — я уже почти рычал. — Со мной все нормально. Не надо относиться ко мне как к ребенку.

Рей поднял руки на уровень груди ладонями от себя.

-ладно-ладно, как скажешь. Я только хотел тебя поддержать.

— Не надо меня поддерживать! Я крепко стою на ногах.

Мне плохо, меня тошнит, но поддерживать и жалеть меня не нужно. Я сам принял это решение, а значит, я, именно я, должен принять все его последствия.

Для казни все министры собрались на одном из многочисленных балконов, выходящих на площадь. Для них принесли удобные кресла и расставили полукругом, так, чтобы зрителям был виден процесс во всех подробностях. Кресло для меня поставили в самом центре.

Мы с Рейнелом подошли к балкону вместе.

— Хочешь, я останусь с тобой? — предложил он.

Очень смешно, может быть, он хочет мне еще штаны поддержать? Я тут же стыдливо прижал рвущееся наружу раздражение. Рей не виноват, он на самом деле переживает за меня. Но мне и без того настолько тошно, что жалости просто не вынести.

— Не нужно, — я смягчил свой голос прежде, чем успел нагрубить. — Все хорошо, правда.

Гердер кивнул и поспешил уйти, оставив меня с министрами.

— Приветствуем, принц, — поздоровался со мной Сакернавен от лица всех присутствующих. — Присаживайтесь, эта казнь будет тем еще зрелищем, как вы и обещали.

Чтобы не разразиться бранью, я молча кивнул и сел в приготовленное для меня кресло.

На площади было полно народа. Да что там много — очень много! Люди были везде, огромная площадь даже не смогла вместить на себе всех желающих, и люди заполнили прилегающие улицы. Тысячи людей, целое живое море.

Мои руки непроизвольно сжались на подлокотниках.

— Изволите начинать? — у моего правого плеча вырос слуга.

— Изволю, — ответил я, не оборачиваясь.

Слуга исчез так же беззвучно, как и появился. Не прошло и нескольких минут, как на площади началось действо. На помост вышли палачи, ровно двенадцать, по количеству осужденных. А еще через минуту забили барабаны, и голоса смолкли.

На помост вышел глашатай.

— Караденцы, приветствую вас, присутствующих здесь во время совершения акта справедливости! — торжественно произнес он, и его голос, усиленный магическими громкоговорителями, установленными Мелом, разнесся над площадью. — Его Высочество наследный принц Эридан Дайон, — при этих словах я встал и с видом британской королевы помахал подданным, в ответ раздался радостный гул, и я еле сдержался, чтобы не зажмуриться. Затошнило сильнее, — приговорил следующих лиц к казни, — и глашатай принялся называть имена осужденных, а их стали выводить на помост в четкой последовательности в соответствии со списком.