Книга Птицеферма, страница 27 – Татьяна Солодкова

Вспышка. Белая, слепящая.

Еще одна.

…Стекаю по стене. Ощущение – что все мои кости превратились в желе. Или разбиты вдребезги – я еще не определилась. Боль адская.

— Вставай, – раздается сверху насмешливый голос. Но поднять голову я не в силах – слишком больно. – Что, – снова насмешка, – теперь ты не такая смелая?

— Да пошел ты, – шиплю через сжатые зубы.

— Не-э-эт, – противно растягивает слова говорящий. Подходит ближе. В моей зоне видимости черные начищенные ботинки. Кажется, я даже могу рассмотреть в них свое отражение. – Теперь-то мы поговорим.

Затем следует серия ударов: по лицу, в живот – кулаком, ногой в блестящем ботинке – в колено.

Больно, но я только крепче сжимаю зубы.

— Будешь говорить?!

— П-шел ты, – шепчу на грани потери сознания и сплевываю кровь. Попадаю на себя же. Черт…

Тяжелый кулак замахивается вновь, но очередного удара не следует. Дверь с грохотом распахивается.

— Скорее! Они здесь! Окружают! – кричит высокий молодой голос. Не понимаю, мальчишеский или женский.

Тот, кто меня избивал, выдает целую серию ругательств. А в следующий миг из коридора доносятся звуки выстрелов.

— В окно! Быстрей! – Опять этот звонкий голос.

Топот бегущих ног, звон бьющегося стекла, снова выстрелы. На этот раз с улицы.

Прикрываю глаза и испускаю вздох облегчения. Значит, я не зря тянула время – успели.

Новые шаги, быстрые, но легкие. Не поднимаю век, мне кажется, эти шаги я узнаю где угодно.

— Янтарная! – Человек приближается. До меня доносится звук соприкосновения чего-то металлического с полом, должно быть оружия. – Эй, Эм, ты меня слышишь?

Но у меня нет сил даже открыть глаза. Да и куда мне торопиться? Остальное доделают без меня.

— Эм, ты со мной? – Меня касаются руки, теплые, бережные. Те самые, которые однажды уже спасли меня – затащили в свой дом, когда я по малолетству участвовала в демонстрации.

Не знаю, откуда мне это известно, но ни на миг не сомневаюсь, что это тот самый человек: парень в светлой футболке, мужчина с ожогом на ладони…

Он аккуратно касается моего подбородка, поворачивает голову из стороны в сторону; не сопротивляюсь. Затем касается ребер. С шумом выпускаю из легких воздух.

— Ясно, – делает какой-то вывод мой спаситель. И уже не мне, а в сторону выхода: – Эй, где там медики?!

— Дорнана подстрелили! Все там!

— Черт.

Судя по звуку шагов, кричащий из коридора появляется в дверях.

— Живая? – спрашивает. Тяжело дышит, как после быстрого бега.

— Жить будет. – Тот, кто сидит на корточках возле меня и все еще сжимает мою руку, отвечает таким тоном, будто это не он только что звал ко мне медперсонал.

— Тогда пошли, – торопит второй. – Здание еще не проверили. Вдруг заминировано. Валим.

Валим, валим, валим…

Это слово эхом отдается в висках. Мне хочется свалить прямо сейчас – в небытие.

— Эй, так не пойдет. – Тот, что держит меня за руку, трясет за плечо. – Не отключайся.

А потом силой заставляет подняться. Тут же оседаю на поврежденное колено.

— Ник! Вы там уснули?! – кричат из коридора.

Ник – мое сознание цепляется за это имя, рвется к нему. Хочу увидеть, хочу понять. Но та я, из прошлого, так и не открывает глаз. И я не вижу – только чувствую.

— Идем уже! – откликается тот, кого назвали Ником, и подхватывает меня на руки.

— Я тебе не принцесса, – бормочу для порядка, а сама с наслаждением располагаю голову на его плече.