Книга Птицеферма, страница 199 – Татьяна Солодкова

— А люди в подвале? – продолжаю. – А тела убитых? Наркоторговцы ведь хватятся своих и придут добить оставшихся. Мы просто их бросим?

— Сложно, – повторяет Дэвин. Получает от Ника красноречивый взгляд и изображает, как закрывает рот на невидимую молнию. – Разбирайтесь тут, – ворчит, закончив с люком. – Я – в кабину пилота.

Остаемся у люка с напарником вдвоем.

Все мое существо противится бегству. Там остались живые люди, с которыми я прожила бок о бок два года. Там непогребенные тела Совы, Рисовки, остальных… Я сама – все еще там. Мысленно.

Ник делает шаг ко мне и кладет свободную ладонь мне на плечо, заглядывает в глаза.

— Эм, чего ты хочешь? – спрашивает серьезно.

— Помочь им, – киваю в сторону только что запечатанного люка.

— Кому?

Открываю рот и закрываю. Не понимаю вопроса. Ему перечислить поименно? Ник знает, кто остался в живых, и без меня.

— Там в подвале прячутся перепуганные заключенные, – жестко продолжает Ник, – перепуганные настолько, что будут рады прикончить как своих убийц, так и спасителей. Ты собираешься их спасать под дулом винтовки. «Поднимите руки, не делайте резких движений – и успокойтесь!» Так, что ли?

Мотаю головой.

— Не так. – Отвожу глаза.

Ник прав. Жители Птицефермы испуганы и обозлены. Я не Филин, которого они годами слушали разинув рот.

Напарник терпеливо ждет. Ладонь с моего плеча не убирает.

— Они придут за ними, – говорю. – Хозяева катера. За своими. И заодно перебьют местных.

— Придут, – соглашается Ник. – Но сперва подождут возвращения катера, потом заподозрят неладное и только затем отправятся сюда. Если улетим сейчас, уже через пару часов планета будет кишеть спецслужбами.

— Пару часов? – невесело усмехаюсь, качая головой. Я мало что помню, но знаю наверняка, как работает система.

Напарник закатывает глаза, признавая мою правоту.

— В течение дня.

Что ж, если местные перестанут трястись от страха в подвале и выберутся на поверхность, то их ждет весьма неплохой улов из разбросанного по всему двору оружия.

— Ну, где вы там?! – зовет из кабины пилота Дэвин. – Я, конечно, могу поднять эту штуку в воздух! Но пилот из меня аховый!

— Так что? – Ник все еще серьезно смотрит на меня. – Наши крутятся поблизости. Дойдем до орбиты – вызовем помощь. Нас заберут и займутся местными.

Кусаю губы, гипнотизирую взглядом стену. Не могу смотреть напарнику в глаза.

— А если я скажу: нет, открой люк и выпусти меня отсюда?

— Я скажу: черта с два.

Мои губы трогает слабая улыбка.

Вздыхаю, упираюсь лбом Нику в плечо.

— Полетели отсюда.

* * *

— Эта идея уже не кажется мне такой уж блестящей, – ворчит Дэвин, развалившись поперек сразу трех пассажирских сидений и то дело меняя позу и страдальчески вздыхая – пока взлетали, пока Ник посылал сигнал SOS по закодированному каналу, пока ждали ответ. – Сейчас нас подобьют к чертовой матери. Не контрабандисты, так Тюремщики. Не Тюремщики, так какие-нибудь еще спецслужбы. Вас тут, смотрю, кишмя кишит. Понаехали.

— Поналетели, – поправляет Ник из пилотского кресла.

— Грамотей, – беззлобно огрызается Дэвин.

Все это время молча сижу на месте второго пилота. Смотрю поочередно то в лобовой обзорный экран, то в боковой иллюминатор. Но еще чаще – на кровоточащую рану на боку напарника. Сколько уже прошло? Два часа? Больше? Я потеряла счет времени.