Книга Синий туман, страница 181 – Татьяна Солодкова

Джек.

— Что ему вкололи? Сколько прошло?! — Еще раз встряхивает, чтобы мои мозги наверняка встали на место и заработали.

О господи!

— «Туман», пять кубиков, несколько минут, — выпаливаю скороговоркой.

— Медиков с синтезатором крови сюда! — орет Джек в свой комм. — Какая у него группа крови? — Впивается в меня взглядом.

— Первая положительная.

— Заправляй на ноль-плюс!

Ему что-то отвечают, но он уже не слушает, обрубает связь и тянется куда-то к карману на штанах.

У меня голова кружится. Все помещение наполнено дымом и людьми в синем. Глаза печет, не вижу ни Карлу, ни Майкла, ни их головорезов.

— Что ты делаешь? — хриплю, видя, как Джек достает нож и, присев на корточки возле моего брата, с сосредоточенным выражением лица принимается делать надрезы на его теле: запястья, шея…

— Что ты, черт возьми, делаешь?! — срываюсь на крик.

Джек зыркает на меня так, что, рванувшись было к нему, замираю на месте.

— У нас пара минут, чтобы заменить кровь, иначе он или умрет от передоза, или подсядет на «туман» и умрет не сейчас, а через год, — поясняет таким тоном, будто с размаха отвешивает пощечину. — По-другому не успеем.

Зажимаю запястьем рот и часто-часто киваю, больше не мешая.

Кровь растекается по земле. Ее так много, что не верится, как столько может поместиться в одном человеке.

— Я здесь! — К нам подлетает Лариса. Джек мгновенно поднимается и отходит, освобождая ей место. — Сюда. Кладите, — командует капитанша своим помощникам в синем, которые привели с собой носилки на гравиподушке. — Синтезатор! Вот так… Скальпель…

— Иди сюда. — Горячие, мокрые от крови моего брата руки ложатся мне на плечи сзади и оттаскивают в сторону. — Не мешай, Лариса знает, что делает. — Поворачивает к себе лицом, как безвольную куклу.

Он прав, я в шоке и почти не соображаю. А трясет меня так, словно внутри работает стиральная машина в режиме выжимки.

— Он выживет? — сама не узнаю свой голос, он звучит по-настоящему жалко. А меня колбасит так, что, кажется, дрожью сейчас вызову землетрясение. Вскидываю к нему глаза. — Выживет?

Джек серьезно смотрит в ответ. Поперек его щеки красуется длинный кровавый мазок — видимо, не подумав, потер лицо рукой.

— У него высокие шансы, — отвечает, не обещая чудес.

А потом притягивает меня к себе и крепко обнимает.

Со всхлипом утыкаюсь носом ему в грудь.

* * *

Мерно пикает аппарат жизнеобеспечения. Сижу у койки брата и держу его за руку. Он настолько бледный, до синевы, похож на живой труп, что мне страшно его отпускать. Такой беззащитный, слабый…

Дверь приоткрывается. Вскидываю голову: Джек. Конечно же, Джек.

— Держи. — Всовывает мне в свободную ладонь кружку с чем-то горячим. — Двумя руками держи, — настаивает.

И я покорно отпускаю кисть Шона и обхватываю кружку. Она не раскаленная, а приятно греет ладони.

— Спасибо, — бормочу, не поднимая глаз.

Мы в одном из бараков, где Бристол выделил для нас целую комнату.

Лариса сказала, что первые сутки — решающие. Кровь они полностью заменили, но внутренние органы могли успеть напитаться «туманом», поэтому нужно будет сделать еще несколько тестов по прибытии на «Старую ласточку», где есть необходимое оборудование. Но Шон точно будет жить. Долго и счастливо или же всего пару лет под наркотической ломкой — время покажет.