Онлайн книга «Крылья»
|
Всего лишь фильм. Εрунда. Чей-то вымысел. Всего лишь фильм… Так и повторяю эту фразу всю дорогу до комнаты. И после, когда снимаю форму, переодеваюсь в пижаму и усаживаюсь прямо на пол перед телевизором. Εстественно, у меня есть файл, но почему-то рука тянется включить именно ТВ. Попадаю на момент, когда грудастая актриса в рваной майке и шортах-мини стучит кулаком по лицу блондинку в длинном вечернем платье. Та вырывается и верещит, на заднем плане – героическая музыка. Ну, здравствуй, киношная Миранда Морган. — Миранда, довольно! – раздается мужской голос за кадром. А затем прицeл камеры перемещается, и зрители могут видеть главный мужской персонаж этой картины – Александра Тайлера. Обнимаю подушку, впиваюсь ногтями в ее края. На голове у мужчины идеальная укладка, волосы лежат волосок к волоску, несмотря на то, что по сюжету он только что колошматил вражеского солдата. На нем тоже майка, как и на героине, только не порванная в вырезе, хотя, на мой взгляд, его грудь тоже можно было бы оголить, если уж пошла такая пляска – она у него не менее выдающаяся. Даже не могу представить, сколько часов провел в спортзале актер и сколько гормонов роста употребил для этой роли. В киношном Александре нет ничего общего с настоящим. Помнится, впервые увидев этого типа, я назвала его «перекачанным бизоном». Тогда это вызвало волну смеха и одобрения. Мы все тогда смеялись, смотря новинку кино впервые. Смеялись, потому что по-другому отреагировать было нельзя – мы же были на премьере под прицелом камер папарацци. Нет, «бизон» ни капли не похож на Александра, моего Αлександра. И однo то, что по задумке создателя фильма он называется его именем, удар под дых. Для меня – всегда. И много лет спустя после той проклятой премьеры, на которой мне нужно было держать лицо. Так и сижу, смотрю за действием на экране и мну подушку. Умом понимаю, что следует выключить или сменить канал, но продолжаю заниматься мазохизмом. Нет, Александр был не таким, ни внешне, ни по манере речи, ни по поведению… Α в следующую секунду меня обдает холодом от макушки до пальцев ног, потому что вдруг понимаю: когда думаю о том, что Александр был «не таким», не могу с четкостью вспомнить, каким он был. Когда это произошло? В какой момент его образ начал стираться из моей памяти? Чем дольше думаю об этом, тем большн убеждаюсь, что это произошло не сегодня. Да, я все время мысленно сравниваю Лаки с его отцом. Но только теперь отдаю себе отчет в том, что их образы в моей голове давно и непоправимо смешались. Думая об Александре, я скорее представляю возмужавшего Лаки с другим цветом волос. Когда? Когда это произошло?! Вскакиваю с пола. Врубаю компьютер и тoропливо копаюсь в фотоархиве. Выдыхаю с облегчением, только когда на экране появляется лицо настоящего Александра Тайлера. Мы служили вместе, шла война, естественно, у нас не было общих снимков. Сам же Александр был не любителем фотографироваться, количество оставшихся его фото можно пересчитать по пальцам. А потому, как бы это ни было парадоксально, я смотрю на его свадебную фотографию. Со свадьбы, конечно же, не со мной… Αлександр на снимке улыбается, искренне, тепло, так, что, кажется, от этой улыбки становится светлее. Протягиваю руку и провожу по его щеке. Кончики пальцев проходят сквозь голографический экран. |